Шрифт:
Но это же, черт побери, Магистр.
Но больше всего меня тревожил Кевин.
В его дворце был запрет на телепортацию. Ладно, Кристоф попал в белый список, портанувшись туда по свитку, который дропнулся с физрука, а вот как он обратно ушел? Эвакуационный портал — это все равно портал, и он попадает под запрет, как и любой другой.
А Кристоф смог свалить из империи после того, как отбросил руку.
Любопытно, что после этого Магистр напоминал Кевину, что надо бы снять запрет, перед тем, как перебросить нас в Мультиполис.
То есть, запрет работал, а Кристоф на него плевал.
И это в императорском дворце, где ничего не происходит без ведома Кевина.
Вопрос…
Это был такой вопрос, который не стоит задавать вслух, потому что ответ может тебе очень не понравится.
И я не решился.
Если это был спектакль, то я понятия не имею, зачем его разыграли. И сколько у него было режиссеров.
Может быть, они работали парой, как в старые добрые времена, о которых периодически вспоминали. Может быть, это сделал только один из них.
А может быть, у меня паранойя и я строю теории заговора на ровном месте.
Но если я прав, то мне понадобятся союзники, потому что один против этих двоих я не потяну. Да что там скрывать, один я против любого из них не потяну.
А, как мог бы сказать Чапай, прыгать на них все равно придется. Смерть физрука не должна остаться безнаказанной, и если за ней стоят эти двое, они должны будут заплатить.
В Системе союзников не найти. Магистр — это темная лошадка, его много кто не любит, из тех, кто вообще помнит, но никто не встанет против Кевина, за чьей спиной целая империя. И который даже без этой империи — внекатегорийный монстр и рейд-босс, на которого уже давно никто не собирает рейды ввиду полной бесперспективности таковых.
А вот на Земле были люди, которые могли бы с ними потягаться.
Мне бы пригодился Борден, но тут без вариантов. Бордена они заберут к себе, в этом я почти не сомневался. Кроме того, Борден был все-таки не совсем наш, и сейчас я вовсе не имею в виду, что он англичанин.
Он играл на нашей стороне, но не в нашей команде.
В отличие от Виталика.
Читера, который особо не напрягаясь, за пару часов на коленке написал вот этот код, который нагибает Систему уже двенадцать раз и грозит ее полным уничтожением. Человека, чьи артефакты работают вне зависимости от законов каждого конкретного мира.
Лучшего друга Чапая, который никогда не простит его убийц.
Если он, конечно, вообще хоть что-то вспомнит.
А еще в это время в Москве должен жить другой человек, который тоже не играл в нашей команде, но зато потенциально был опаснее всех перечисленных, вместе взятых.
Разумеется, сейчас я говорю о Роберте Полсоне.
Контролере класса “апокалипсис” и Разрушителе Миров.
Глава 16
— А что вы делали в лесу?
Ну вот, началось.
И вроде невинным таким тоном поинтересовался, но смотрит внимательно. И что мне на это ответить? Гулял? Заблудился? Грибы собирал? Трупы закапывал? Место традиционного захоронения легендарного зомби пытался найти? Это по работе?
Тогда он спросит, что за работа, и снова придется врать.
А он обязательно спросит, он же, скорее всего, из органов.
— С женой поругался, — сказал я и убрал в тень правую руку, чтобы он не углядел отсутствие кольца. — Психанул, уехал на дачу. Посреди ночи проснулся, думаю, а чего это я… В общем, передумал, ему домой извиняться.
Он понимающе кивнул и перевел взгляд на дорогу.
— Это правильно. Семья — это ячейка общества.
— Нельзя жить в обществе и быть свободным от общества, — вздохнул я.
Интересно, кстати, а что у них тут в Мавзолее лежит, если настоящий Ильич у нас по Системе бродит, и он при этом даже не призрак, а элитное умертвие?
— А чем занимаетесь? — не унимался парнишка. Точно, из органов. Все-то ему знать надо…
— Я учитель, — сказал я, особо не покривив душой.
— Это здорово, — одобрил он. — Учителя, врачи и инженеры — это фундамент, на котором держится наше общество. А что преподаете?
— Компьютерную грамотность, — сказал я.
— Как пропатчить KDE2 под FreeBSD? — спросил он.
— Это вам на канал об аниме обращаться надо, — улыбнулся я.
Он коротко хохотнул.
Типа, наш человек, фишку сечешь.
Никогда точно не знаешь, что преходящее, а что — вечные ценности. Стены Цоя, например, у них тут наверняка нет, а KDE2 до сих пор патчат.
Ну, или просто шутят по поводу.
— А я — токарь, — сказал он. — На заводе работаю. Сева, кстати. Будем знакомы.