За дверью открылся огромный зал, битком набитый толпой красочно одетых гостей, и их тела ласкали, хватали, лизали. Под каменными стенами с резьбой в виде горгулий, фейри извивались и тёрлись друг о друга, облачённые в самые ошеломительные ткани, что я видела — желтизна самых ярких одуванчиков, зелень шалфея, голубизна цикория. Глубокая, мелодичная музыка пульсировала в моём нутре, её ритмы были странными и гипнотизирующими, и эти западающие в память мелодии сливались в иномирные сочетания.

Сам зал был почти таким же ошеломляющим, как и гости. Мерцающие белые лианы поднимались по стенам до высокого потолка, звёздное небо мерцало между фантомными ветвями вверху, словно мы одновременно находились в помещении и на улице. А меж лиан росло буйство диких цветов, чьи оттенки потрясали мои глаза. Их деликатные ароматы, смешивающиеся с запахами целебных трав, наполняли воздух.

Здесь фейри отбрасывали свой гламур, и мимо меня протолкнулся мужчина с ногами сатира, слегка вонявший козьей шерстью. Я глянула на Габриэля, чей взгляд не отрывался от миниатюрной брюнетки в крошечном синем корсете, красных трусиках и полупрозрачных белых чулках до бедра. Она танцевала одна, поглаживая пальцами жемчужное ожерелье. На её руках мерцала радужная чешуя.

Я сжала руку Габриэля.

— Не отвлекайся.

Он посмотрел на меня широко раскрытыми глазами.

— Как это место может находиться в Лондоне?

— Магия, — прошептала я.

Во влажности этого места его кожа насыщенного медного оттенка слегка заблестела, и я поймала себя на мысли о том, каково было бы целовать его шею. Что со мной не так? Волны похоти в этом месте влияли на меня. И это значит, что здесь среди фейри были и люди.

Роан повернулся, взглянув на меня, и его глубокие зелёные глаза обжигали. Здесь, где все мои чувства словно обострились, я видела золотистые пятнышки в его глазах.

Он поманил меня к себе.

— Держись поближе, Кассандра.

Я кивнула, не отходя от него дальше, чем на тридцать сантиметров. Продвигаясь через толпу, мы миновали каменный помост слева. На его замшелой поверхности стояла группа музыкантов, игравших на струнных инструментах и каких-то ручных барабанах, их голоса сливались воедино. В островерхих альковах по всей комнате извивались фейри, и некоторые из них были с людьми.

Роан повернулся ко мне, схватив за руку, и теперь его глаза сделались полностью золотыми. Он не отбросил гламур и не принял свой истинный облик, но судя по напряжению в его теле у меня складывалось ощущение, что он сдерживает себя.

— Я проведу тебя во внутренний двор, — он показал на очередную деревянную дверь с резьбой, которая находилась на дальнем конце зала. Она была огромной и изображала обнажённую женщину, окутанную своими длинными волосами и плющом. — Пошли.

Я повернулась к Габриэлю, который уставился на одну из прекрасных певиц (сирену, кажется) с тёмной кожей, серебристыми волосами, короной чёрных рогов и бледными как звёздный свет глазами. Платиновые птичьи крылья изгибались за её спиной.

— С тобой тут всё будет хорошо?

Он посмотрел на меня с проблеском света в глазах.

— Всё будет нормально. Но если мы разделимся... Просто проследи, чтобы я не застрял здесь.

Я протянула руку и прикоснулась к его щеке.

— Я не брошу тебя позади.

Роан крепче сжал другую мою руку и начал тянуть меня прочь. Я держалась за ладонь Роана, когда мы скользнули глубже в толпу, где тела задевали мою кожу, и многие из них были почти голыми. Моё новое платье скользило по коже, и без лифчика я сама чувствовала себя почти голой.

Когда мы миновали очередной альков, я окинула взглядом развернувшуюся в нём сцену. В шести метрах от нас мужчина без рубашки сидел в большом кресле. Высокая красивая женщина-фейри оседлала его и обвила руками его шею, её вороные волосы рассыпались по спине. Она повернулась, и её глаза встретились с моими. Авелина. Когда я видела её в последний раз, я оставила её бессознательное тело голым на полу замка, украв её платье. По меркам худших первых впечатлений это, пожалуй, находилось на вершине списка.

Я была уверена, что она понесётся на меня бурей ярости, но вместо этого она просто переключила внимание на своего мужчину-спутника. Я опустила взгляд, прикладывая большие усилия, чтобы привлекать как можно меньше внимания.

Я притянула Роана поближе, прошептав ему на ухо:

— Я видела Авелину.

Роан повернулся ко мне, и его глаза приобрели насыщенный янтарный оттенок. Его взгляд скользнул по моему телу, и от этого пульс ускорился. Буквально на секундочку он потянулся ко мне, но тут же сжал пальцы в крепкий кулак. Я не совсем уверена, что означала эта перемена цвета глаз, но у меня имелись догадки.