Шрифт:
— Курительные смеси? — нахмурившись, переспросила штабс-ротмистр. — Никогда не слышала о подобном использовании оных…
— Потому что сие невозможно! — сухо бросил внезапно с места Ясухару.
— Вы так думаете, сударь? — хитро прищурилась на него Иванка.
Ни малейших сомнений у меня не возникло: именно этого она только и ждала!
— Я не думаю — я знаю. На родине я проходил обучение у самого Масаюки-сама, непревзойденного мастера кодо! — гордо заявил японец.
— Кодо давно выродилось! — презрительно бросила на это Иванова. — Если когда-то в Восточной Азии и понимали в дымах — то все давно позабыли!
— Да как вы можете подобное говорить?! — вспыхнул Тоётоми. — Кодо — одно из трех главнейших искусств!
— Было когда-то. Да сплыло, — упорно продолжала бесить японца девушка.
— Ваши заявления оскорбительны, сударыня! — побагровев, начал подниматься из-за парты Ясухару.
— Правда не может быть оскорбительной, — невозмутимо пожала плечами Иванка. — Если хотите, сударь, давайте устроим состязание. Мой дым поможет мне взлететь без посторонней помощи. Даже без метлы — на одном ремне. А вы попробуйте смешать что-нибудь, что с сим хотя бы близко сравнится!
— Легко! — рявкнул Тоётоми. — Нетрудно превзойти то, чего не будет!
— Так, господа кадеты, прошу всех успокоиться, — вмешалась наконец Поклонская. — Ваше заявление весьма любопытно, сударыня, — сказала она Иванке. Если господин Ясухару примет брошенный ему вызов, готова выступить в сем состязании арбитром. Победитель… Победитель получит три дюжины призовых баллов!
— Вызов принят! — в свою очередь заявил Тоётоми.
— Сегодня после обеда? — быстро спросила его Иванка.
— Сегодня… — японец внезапно замялся. — Мне бы хотелось получить время на подбор ингредиентов…
— И что же вы за мастер, сударь, если не имеете при себе запаса? — хмыкнула девушка. — Добрэ, как насчет завтрашнего дня?
— Я буду готов, — взяв себя в руки, холодно кивнул Ясухару.
— Решено, — подвела черту переговорам Ирина Викторовна. — В таком случае, до встречи завтра. А наше сегодняшнее занятие закончено. Всем спасибо — все свободны!
Кивнув классу, Поклонская направилась к выходу. Следом за ней послушно потянулись к двери метла и коврик.
Глава 17
в которой я блуждаю в лабиринте
«Мне только вот что непонятно, — заметил я фамильяру по дороге из аудитории на полигон, где предстояло состояться нашему второму сегодняшнему учебному занятию — по боевой магии. — Если полеты настолько доступны, почему в небе не мельтешат эскадрильи ковров-самолетов и звенья скоростных метел? Единственный попавшийся здесь за все время мне на глаза летательный аппарат выглядел как воздушный шар!»
«Причин несколько,
сударь, — с готовностью откликнулся Фу. — И первая — частные полеты над городом запрещены».
«В самом деле? — усмехнулся я. — Тогда вопрос снят».
«Но сие еще не все, — заметил “паук”. — Метла в воздухе, конечно, выглядит эффектно, а уж юная девица, на ней восседающая — тем паче, но эффектно — еще не значит эффективно. Что метла, что ковер — игрушки вовсе не из дешевых. Вместо первой можно приобрести целую дюжину добротных самобеглых экипажей, а второй потянет и на пару дюжин».
«Это из-за пыльцы?» — догадался я.
«Верно, сударь. Очень уж много ее идет на сии артефакты. Ну и о мане не забываем, — продолжил он. — Сколько обещала продержать в воздухе метлу с седоком молодая графиня? Четверть часа? А ведь у Воронцовой Окольничий уровень по мане, да и силой она Стольник. Манозатратная сие забава — воздухоплавание, даже и на метле или на ковре… Ну и, наконец, привязка к паре. В учебной аудитории сие может показаться сущим пустяком, но реальный полет требует предельной концентрации и слаженности. Два случайных человека, впервые друг друга увидевших, вернее всего, не протянут в тандеме и минуты — особенно если, помимо движения по прямой, им нужно будет решать хоть какие-то сопутствующие задачи. Скоро один уронит другого — и, вернее всего, тут же упадет сам. В свое время в губернских экспедициях III Отделения были специальные дамские подразделения на метлах. Вот сии летали так летали! Но они годами срабатывались. И после Второй Астральной их почти везде расформировали. Оставили две группы. Одну в Петрополисе — ее переподчинили Конвою, и одну на противоположном конце Империи, в Хабаровске».
«А почему расформировали?» — спросил я.
«Ключ ведает, сударь».
«Кстати, о тандемах, — вспомнил я. — Иванка же не блефует, когда говорит, что сможет полететь одна?»
«Насколько могу судить, сударь, сама госпожа Иванова в сие верит», — аккуратно сформулировал ответ дух.
«А как думаете, зачем ей понадобился этот спектакль? Ну, с вызовом Ясухару?»
«Ей необходима громкая победа. Ну, как ваша, в гонках. Сие, кстати, еще один довод за то, что в успехе она не сомневается».