Кое у кого в классе, правда, реакция на это зрелище оказалась иной. С левого ряда раздался одинокий смешок, а сидевший передо мной Худощекин выразительно присвистнул. Моя рука сама собой дернулась, чтобы влепить нахалу затрещину, но каким-то образом фон Ливен успела перехватить ее на полпути.

— Не надо… — одними губами произнесла молодая баронесса.

— Господин Гончаров, господин Худощекин, за неподобающее поведение на занятии с вас снимается по шесть баллов, — спокойно произнесла из-за своего стола Поклонская.

— Идиот! — бросил Худощекину Павел Самойлов, его сосед по парте. — И так проигрываем!

Гончарову на другом конце класса что-то сердито высказал Кутайсов.

Я высвободился из захвата Терезы и, откинувшись назад, сцепил руки на груди.

Худощекин, Гончаров — духи с ними, но как явление в класс такого «наглядного пособия» могла одобрить Поклонская?! И эти ее штрафные баллы — просто какое-то лицемерие! Профанация, которая ничего по сути не меняет!

Эх, Ирина Викторовна, Ирина Викторовна, а я-то вас за нормальную держал…

— Благодарю вас, молодая графиня, — повернулась между тем преподаватель к Воронцовой. — А теперь прошу вас: попробуйте поднять сию девицу в воздух при помощи левитации.

— Госпожа штабс-ротмистр, это неосуществимо, — немедленно заявила в ответ Милана. — Не за что зацепиться!

— И тем не менее, попытайтесь.

Пожав плечами, молодая графиня сложила пальцы в нужную комбинацию. Ожидаемо ничего не произошло.

— Техника левитации не действует на живого человека, даже на холопа, — прокомментировала это Поклонская. — Каждый может попробовать. Прошу! — предложила она классу.

Некоторые из кадетов заерзали, но большинство даже пальцем не шевельнуло — знали, что ничего не получится.

— А теперь изменим условия эксперимента! — заявила Ирина Викторовна через полминуты, когда все желающие успели потерпеть неудачу. В руках преподавателя откуда-то появился длинный ремень, который штабс-ротмистр небрежно бросила в сторону Пири. Тот змеей обвился вокруг плеч и груди клейменой девушки, на манер портупеи — только кобуры с пистолетом под мышкой не доставало. — А что теперь, молодая графиня?

Вместо ответа Воронцова повела кистью — и стопы Пири оторвались от пола. Выражение лица «наглядного пособия» при этом как было предельно отрешенным, так и осталось.

— Объясните курсу, что происходит, — предложила Милане Поклонская.

— Я поднимаю амуницию, — проговорила молодая графиня. — Пири лишь висит на ней. Но это все равно значительно тяжелее, чем если бы дело касалось неживого груза.

То есть то, что Пири привели в аудиторию раздетой, типа, имело смысл? Чтобы «не за что было зацепиться», пока не накинут ремень? Ладно, допустим. И все равно это мерзко! Мы бы и на словах все прекрасно поняли!

— И сколько вы можете ее так продержать? — задала вопрос штабс-ротмистр.

— Думаю, минуты четыре, — прикинула свои возможности Воронцова. — Максимум, пять. Потом сольюсь в ноль.

— Хорошо, — кивнула Ирина Викторовна. — Опускайте.

Клейменая девушка вернулась на пол — кажется, даже этого не заметив.

— А сейчас попробуем иначе, — заявила Поклонская, поворачиваясь к двери.

Та распахнулась, и по воздуху в аудиторию вплыла… метла. Самая обычная, с деревянным черенком и пучком сухих прутьев на его конце.

Серьезно? А квиддич будет?

— Держите, — кивнула штабс-ротмистр Милане на метлу.

Воронцова, должно быть, перехватила над той магический контроль — руками она, по крайней мере, ее не коснулась.

— Боюсь, холоп верхом не удержится, — заявила тем временем Поклонская, обращаясь уже к классу. — Так что нам понадобится доброволец.

Желающих подменить собой несчастную Пири как-то не нашлось. Кому охота равняться с холопом?..

Какого духа?!

— Разрешите, госпожа штабс-ротмистр? — рывком поднялся я.

— Благодарю, молодой князь, но на данном этапе урока я бы предпочла, чтобы вызвалась девушка, — покачала головой Ирина Викторовна. — Вас я приглашу чуть позже.

— Позволите? — со своего места живо вспорхнула Иванка.

— Прошу, — кивнула ей Поклонская, одновременно делая мне жест вернуться за парту.

Я подчинился.

— Присядьте, сударыня, — указала штабс-ротмистр Ивановой на зависший в аршине от пола дворницкий инструмент.

Ухватившись за черенок, Иванка ловко вскочила на метлу — не верхом, а свесив обе ноги в одну сторону. На миг опора под ней просела, но тут же вернулась на прежнюю высоту — туфли Ивановой пола уже не касались.