— Писал — сообщения не доходят, — продемонстрировал мне тот свой Мессенджер.

Поперек серебристой дощечки шла тревожно-красная надпись, вчитываться в которую я не стал — и так все было ясно.

Между тем из темноты переулка подоспели товарищи Ясухару по тройке — Юдин и некая девица Яна Зайцева. Остановившись в нескольких шагах от нас, теперь они опасливо поглядывали на невезучий дом, из недр которого доносился чудовищный вой — мы-то на него уже, почитай, и внимания не обращали.

— Чего-то вы, друзья мои, недоговариваете, — недовольно покачала головой Воронцова. — Ладно, сейчас полиция подъедет, с ней будете разбираться.

— Только не полиция! — Ясухару аж передернуло. — Нет, нельзя!

— Это почему еще? — подозрительно прищурилась на него молодая графиня.

— Потому что… Потому что коляска, на которой увезли Иванку, имела раскраску как раз земской полиции!

— А, ну так это называется не «похитили»! — усмехнулась Милана. — Это называется, «задержали». Или даже «арестовали»… Хотя странно, конечно, — согнала она с лица ехидную улыбку. — У земцев нет полномочий заниматься федоровскими кадетами — разве что на месте преступления застигнут… Что такого твоя Иванова натворила? — уже почти растерянно спросила молодая графиня у японца.

— Да ничего она не натворила! — рявкнул тот. — Просто шла дозором! А эти налетели, схватили и увезли! И в полицейской форме там был только один! А распоряжался всем другой, в штатском!

— А остальные двое из ее тройки в это время чем занимались? — задала вопрос японцу Воронцова.

— Э… Не знаю, — неожиданно признался Тоётоми.

— Как-то хитро у тебя: тут знаю досконально, тут не знаю ни духа…

— Иванка шла чуть впереди остальных. Когда все случилось — оглянуться не успела!

— Откуда такие подробности?! — не унималась Милана.

— Просто…

— Просто поверь ему! — поспешил вступиться я за Ясухару.

— Нет уж, пусть объяснит! — молодая графиня была непреклонна. — И не пустым «магия»! — сердито зыркнула она на меня.

Пару секунд Тоётоми промялся в нерешительности, и наконец выдал:

— У меня с ней астральная связь! Вижу ее глазами, слышу ее ушами! Это из-за того дыма… Ну, довольна?

— Иванка мне говорила то же самое, — добавил я тут же — для убедительности.

— Духи Америки… — прошептала фон Ливен.

— Ладно, примем как версию, — поколебавшись, кивнула Воронцова. — И что ты предлагаешь делать?

— Не знаю… — в самый ответственный момент вдруг сдулся японец. — Только пока мы тут стоим и болтаем — Иванку увозят! — тут же, впрочем, снова встрепенулся он.

— Ты… Она видит, куда ее везут? — быстро спросила Милана.

— Нет… Но у меня вот что есть! — торопливо сунув Мессенджер в карман, Ясухару достал из другого обгорелый обрывок пергамента и принялся его разворачивать.

— Что это? — шагнула к нему молодая графиня.

Татарчук с «зонтом» проворно дернулся следом за ней.

— Карта, которую нам дали на гонках… Точнее, то, что от нее осталось…

— Ты же говорил, она сгорела после аварии? — хмыкнула Воронцова.

Тоётоми тогда и впрямь так сказал посреднику. Усомниться в его словах никому и в голову не пришло.

— Сгорела, да не совсем…

— Ну ты даешь, самурай! — уважительно посмотрела на японца Милана. — Такое бы даже мне в голову не пришло провернуть! Ну, показывай, где твои похитители!

— Вот! — ткнул Ясухару пальцем в отметку на карте.

— Это же уже дух знает где! — приглядевшись, присвистнула молодая графиня. — Да уж, — заметила она затем, — едут они явно не к ближайшему полицейскому участку…

— Нужно их догнать! — подняв глаза от пергамента, заявил Тоётоми.

— Как? — развела руками Воронцова. — Будь у нас хотя бы экипаж…

— Погодите! — осенило вдруг меня. — Помните, в том доме, — мотнул я головой на словившее пробой здание, — в гараже электромобиль стоял?!

— Так это же для черни, — скривилась Милана. — Как ты на нем поедешь?

— Как-нибудь уж переживу такой позор!..

— Я не о том! Управлять им как станешь? Это тебе не артефакт!

— Разберемся на месте!

Водительские права я в родном мире получить не успел — в силу возраста. Но за рулем мне сиживать приходилось — в отцовской «Ладе». Ездил я, конечно, не по сумасшедшей Москве — по дачным проселкам, где ни траффика, ни гаишников, но давить на педали и переключать передачи худо-бедно наловчился. Даст Ключ — и здесь сумею!