Полковник посмотрел направо. На увитый ядовитым плющом участок стены, чьи густые листья скрывали за собой узкий лаз, ведущий на улицу. Покидать пределы башни через парадный вход они не рисковали.

Вскоре, наконец-таки прирученное растение послушно отодвинуло ветви в сторону и в предзакатном сумраке показались бледные лица. Это были братья друиды, а за ними — кто-то еще. Незнакомцы, что протискивались сквозь дыру один за другим.

Два, четыре, шесть, десять, пятнадцать, сорок. Они всё пребывали и пребывали, медленно заполоняя своими телами территорию всего участка.

Сангрин спустился вниз.

— Что это значит? — прохрипел Полковник, обратившись к одному из братьев — Кто все эти люди?

— Друзья — ответил Лирой — Кузнец Аррас и его подмастерья, бойцы Короля Пара и Мистера О, не пойманные «двадцать первые», небольшой отряд ветеранов из Пантеона Павших, что по-прежнему хранят клятву верности Гундахару… — друид все продолжал и продолжал представлять вновь пребывающих — Служители храма Эйслины, гномы из Дхум-Ару, Золотые Щиты, Аксиома, Логос, Брайникл, остатки клана Вергилий и, наконец, бригада инженеров из городской муниципальной службы. Друзья господина Готэна. Они помогут нам с ремонтом портальной арки.

Старик задумался.

Рискованно. Очень рискованно. Вполне возможно, что среди всех этих незнакомцев затесалась пара-тройка предателей, однако устраивать всеобщий допрос и разговаривать с каждым нет времени.

— В кой-то веки ваша болтливость сыграла нам на руку — прохрипел Сангрин — Хорошо. Помощь нам сейчас явно не повредит. Вы — палец старика ткнул в сторону бригады инженеров — За мной. Пора починить этот чертов мегалит и убраться подальше отсюда. Негоже заставлять наших товарищей отдуваться за всех в одиночку.

— Полковник — вмешался Дженкинс — Это была лишь первая партия. Остальные находятся неподалеку и ждут нашей команды.

— И сколько их?

— В районе пятисот. Может больше.

— Ну, вы даете — удивился старик, перешагнув за порог башни — Молодцы. Так держать.

Новость была, безусловно, хорошей, однако радоваться пока преждевременно. Главное — чтобы Влад и его друзья успели отремонтировать портал со своей стороны. Иначе, все усилия отправятся коту под хвост. Большая часть этих «людей» пришла на помощь Эо и Августу, но никак не для того, чтобы сопроводить горстку «двадцать первых» в безопасное место. Поэтому проиграют одни — проиграют и другие.

«Давайте, парни. Не подведите» — думал Полковник — «Докажите, что я не зря в вас поверил. Там, в Новом свете».

Искариот…

— А я говорил — улыбнулся «учитель» — Когда-нибудь мы снова встретимся. И вполне возможно, что к тому моменту мы будем уже на равных. Так и случилось.

Я крепко пожал шершавую мозолистую ладонь. То же самое сделал и Герман. Вот только в отличие от меня он не смог удержать в себе счастливого порыва и на радостях сгреб деда в охапку на глазах у всей армии. И даже чуточку приподнял того над землей.

— Гы… Август… Как же я рад тебя видеть…

— Я тоже, мой дорогой анаболик, я тоже — широко улыбался тот, похлопывая Германа по плечу — Встретиться с вами — настоящее счастье. А еще я рад, что вы с Владом по-прежнему вместе. Значит, я не ошибся, когда посчитал, что вы станете лучшими друзьями.

— Ха! А как иначе? — рассмеялся танк — Да я за ним и в огонь и в воду! Мы даже в черную дыру нырнули вместе! Сорок семь лет шагали рука об руку. Представляешь? Да после такого мы словно братья!

— Наслышан. Великое Испытание Аргентависа. Признаю, давненько я так не гордился. Ох, ну и силища… Отпустишь?

— Ой, да… Прости.

Герман ослабил стальную хватку и шагнул в сторону.

«Учитель» вновь посмотрел на меня.

— Август, у меня лишь один вопрос — произнес я — Зачем?

За последние месяцы я часто представлял нашу встречу. Как и то, что скажу ему, когда увижу. Там было всё: и обвинения, и претензии, и попытки прояснить мотивы. Но в конечном итоге, победил один из самых простых и наиболее часто задаваемых вопросов.

— А чтобы ты перестал называть меня «дядей» — хитро подмигнул тот — Видишь ли, когда мы только познакомились, ты был совсем еще пацаном. Хорошим, добрым, отзывчивым, порядочным. Но при этом слабым, ведомым, пугающимся каждого шороха и ищущим того, на чье плечо всегда можно опереться. Я говорил тебе, Влад, мужество не дается легко, и не обретается за счет помощников. Стать теми, кем вы стали, вы могли, лишь оказавшись без чьей-либо опеки. Один на один против целого мира. И я оказался прав.