Чемберс буквально обезумел. Он стал хватать большие предметы мебели и швырять в неё. Арадия отбрасывала их магией, но с трудом поспевала за его яростью.

Когда не осталось мебели, которую можно было швырнуть, Чемберс начал срывать кухонные принадлежности со стены. А когда и те закончились, он содрал кухонную столешницу с ножек и швырнул в неё. Арадия постоянно творила защитные заклинания и не успевала атаковать.

Вскоре у Чемберса закончились очевидные предметы для бросков, так что он схватился за ручку двери моей спальни, но отпрянул, когда его словно ударило током.

Арадия воспользовалась его шоком. Она швырнула в бурлящий котел огненный шар. Тот взорвался и забрызгал всего Чемберса синим зельем, которое шипело и обжигало при контакте с его кожей. Должно быть, в зелье было слишком много светлой магии.

Весь покрытый горящими ожогами, Чемберс вслепую побежал на Арадию как разъярённый бык. Он проломил её телом стену, и они вывалились на задний двор. Кирпичи посыпались на них сверху. Заклинание на двери спальни разрушилось.

Буквально через несколько секунд юная Леда показалась из её комнаты. Она посмотрела на разрушенную мебель. Её глаза раскрылись ещё шире, когда она увидела огромного монстра на полу — в том месте, где должен быть Харроуз. Должно быть, Арадия превратила его труп в подобие волка с когтями-кинжалами. Юная версия меня должна была помнить, что монстры не могли существовать по эту сторону стены, но эмоции взяли верх над здравым смыслом.

Юная Леда подошла к зияющей дыре в стене и выбралась наружу. Там она нашла Арадию и Чемберса, которого та тоже превратила в ещё одного волка с когтями-кинжалами. И она, и изменённый солдат были наполовину погребены в обломках. Юная Леда начала убирать кирпичи со своей приёмной матери, пытаясь откопать её.

Арадия поймала её за руку.

— Прекрати, — её окровавленные губы едва шевелились.

— Джулианна, мне надо вытащить тебя отсюда, — сказала юная Леда; её глаза уже были на мокром месте. — Мне надо доставить тебя к целителю.

— Слишком поздно, — прокаркала Арадия.

— Я не сдамся!

— И не сдавайся, Леда. Ты можешь позаботиться о себе. Главное, больше не ввязывайся в драки.

По лицу маленькой девочки покатились слёзы.

Арадия улыбнулась.

— Я так горжусь, что знала тебя, — её рука упала. Она скончалась.

Юная Леда несколько секунд стояла там, дрожа всем телом. Затем она вытерла слёзы, поцеловала свою приёмную маму в щёку и ушла, скрывшись в тенях Чистилища.

— После этого я жила на улицах одна, — сказала я. — Пока Калли не нашла меня через два года.

***

Мы переместились вперёд на два года. Юной Леде теперь было двенадцать лет, и она выглядела такой грязной, что её едва можно было узнать. Я наблюдала, как маленькая версия меня крадёт булочку с тележки пекаря на Базаре, открытом рынке Чистилища.

Юная Леда ускользнула прочь, и её грязное тельце слилось с тенями. Она направилась к переулку сбоку, но изменила направление, когда из того переулка на Базар вышел мужчина в пурпурном костюме.

— Леда, посмотри на его лицо, — сказал Неро.

И я посмотрела.

— Это Гай Найт. Он нарочно прошёл там, чтобы направить меня в другую сторону.

Я наблюдала, как юная Леда ускользает прочь, двигаясь по другому узкому переулку, тянувшемуся прочь от Базара. Мы с Неро последовали за ней. Мы свернули за угол и увидели, что юная Леда стоит лицом к лицу с Калли.

— Теперь я вспомнила тот день, — сказала я.

— Ах, то есть ты так часто крала булочки с прилавка пекаря, что дни слились воедино? — Неро притворился, будто отчитывает меня, но я видела в его глазах дразнящую искорку.

— Не всегда булочки, — сообщила я ему. — Иногда это был кексик или круассан. Несколько раз мне посчастливилось стырить целую буханку хлеба. Тогда я была сытой весь день.

— Тяжёлая у тебя была жизнь, — заметил он.

— Всё изменилось в тот день, когда я встретила Калли.

Калли говорила с юной версией меня.

— Какое аппетитное у тебя лакомство.

Юная Леда крепко прижала булочку к своему телу.

— Как тебя зовут? — спросила её Калли.

Юная Леда поджала губы и не отвечала.

— Когда ты в последний раз ела что-нибудь горячее? — спросила Калли добрым тоном.

— Иногда хлеб горячий.

Калли улыбнулась ей.

— Сколько тебе лет? Двенадцать? У меня есть дочка примерно твоего возраста.

Юная Леда смерила её взглядом.

— Ты выглядишь слишком молодой, чтобы иметь дочку моего возраста.

— Ты всегда такая прямолинейная? — рассмеялась Калли.

— Да, — с вызовом ответила юная Леда. — Ты пытаешься меня похитить?

— Боже, нет. Разве я похожа на такого человека?