— В этом исходе будущего вы потерпели провал, — объяснил Гай мне и Неро. — Вы выжили, но ваша дочь Сиерра обратилась против вас. Она стала чемпионом Стражей, чемпионом гнусных намерений.

— И у нашей дочери правда есть лишь два варианта? — спросила я. — Жизнь героя в заброшенном и полном страданий мире, где все её близкие мертвы? Или жизнь, где мир и её близкие выжили, но мы потеряли Сиерру, потому что она служит Стражам?

— Ты можешь спасти мир и свою дочь, — сказал мне Гай. — Просто надо действовать с умом. Всегда есть альтернативный путь.

— Твой путь, — я раздражённо нахмурилась. — Ты хочешь сказать, что единственный способ спасти Сиерру и мир — это сделать так, как ты говоришь.

— Я никогда такого не заявлял.

— И тем не менее, ты не оставляешь нам других вариантов.

— На самом деле, я предоставил тебе два альтернативных варианта, Леда.

— Но ни один из них не подходит!

Он кивнул.

— Я так и думал, что ты воспримешь это в таком свете.

— Естественно, — мои слова сочились презрением. — Всё, что ты показал мне, должно заставить меня увидеть твою точку зрения.

— У тебя всё равно есть право выбора. Никто не лишал тебя этого.

Я раздражённо фыркнула.

— Ладно. Я подыграю. Что значит «действовать с умом»? Как нам спасти и свою дочь, и мир?

Гай открыл рот, чтобы заговорить, потом закрыл его обратно. Он оглянулся по сторонам, внезапно занервничав.

— Потом. Сейчас надо уходить.

Затем он исчез, но мы так и стояли на перекрёстке. Мы не вернулись в реальный мир на дирижабль.

— Что за королева драмы, — проворчала я. — Готова поспорить, он бросил нас на самом интересном, чтобы у нас было время обдумать те ужасные видения будущего. А потом мы, по его мнению, выберем его «выход», к чему бы он ни сводился.

— Я не уверен, что он ушёл ради драматичного эффекта, — сказал Неро. — На протяжении нашего разговора Гай был таким сосредоточенным, а потом внезапно сильно занервничал. Он выглядел так, будто кто-то только что стал свидетелем его разговора с нами. Возможно, на него напали.

— Супер. Ещё лучше. Единственный, у кого есть ответы, теперь вне игры.

Неро мягко прикоснулся к моей щеке.

— Обычно ты такая оптимистка.

— Обычно я не имею дело с судьбой нашей дочери.

— Не отчаивайся, Леда. Мы разберемся, как защитить нашу дочь, с его помощью или без.

Я накрыла его ладонь своей.

— Спасибо. За то, что… ну, за то, что ты — это ты. И за то, что не паникуешь.

— Паника ничего не даёт, — Неро был извечным прагматиком.

Я усмехнулась.

— Постараюсь запомнить, — я повернулась к Арине. — В Хранилище есть ещё видения?

— Может быть, но я не в силах сказать. Кто-то блокирует мою магию, мой доступ к видениям, — она выглядела так, будто ей совсем не нравилось это чувство. — Но ты была связана с Хранилищем с того дня, как два года назад ступила в Потерянный Город. Может, ты можешь получить к ним доступ?

Я закрыла глаза и попыталась сосредоточиться на видениях. Я ничего не нашла. Такое чувство, будто воздвиглась стена, отгородившая их от меня. Меня отрезали.

Я открыла глаза и покачала головой.

— Ничего. Должно быть, Гай вторгся в воспоминания за счёт того, что находился там, в Потерянном Городе, в Хранилище. Но теперь он умолк, а вместе с ним и воспоминания. Кто-то, должно быть, помешал ему посылать нам их. И кто бы это ни был, он или она не хотят, чтобы я видела эти видения в данный момент. Они заблокировали мне доступ.

— Стражи, — сказала Арина. Она выглядела так, будто хотела хорошенько врезать кому-то. Да уж, Стражи явно находились на вершине её чёрного списка.

— Я тоже так думаю, — сказала я. — Стражи потеряют больше всех, если мы с Неро найдём способ спасти нашу дочь от такой ужасной судьбы. Нам надо отправиться туда, в Потерянный Город. Нам надо изгнать Стражей из Хранилища. Нам надо услышать то, что хочет сказать нам Гай.

— Прежде всего мы должны сохранять осторожность, — спокойно сказал Неро. — Возможно. Стражи как раз и хотят, чтобы мы отправились туда. Мы знаем, что они хотят получить нашу дочь. Мы не можем допустить, чтобы они её захватили.

Я положила ладони на свой живот, защищая нашу дочь.

— Ты прав. Проблема в том, что мы даже не знаем, что именно направит нас к тем ужасным исходам, или какие решения помогут избежать таких вариантов, — я вздохнула и сгорбилась. — Кажется, я предпочитала не знать возможных исходов будущего.

— Не знать, какой бред мы можем учинить в будущем — это обычно хорошая идея, — ответил он.

— Да, представь, что бы ты сделал, если бы предвидел весь мой хаос, — я лукаво посмотрела на него. — Ты бы никогда не попытался соблазнить меня, красуясь передо мной.