— Что я чудовище?

— Нет. Что они тебя боятся. И пусть наяву ты ничего с этим не можешь поделать, но здесь… Пора доказать тварям, что они боятся тебя не напрасно.

— Тогда тебе лучше отойти подальше, — произнес он. — Я это не контролирую.

— А ты контролируй, — усмехнулся я, слегка подталкивая его к двери.

Он протянул мне ладонь, на которой мирно спала полевка-альбинос.

— Подержи мое… сновидение. Ей лучше этого не видеть.

— Пиво, — внезапно произнес я. — Ты должен назвать ее «Пиво» и просить подержать каждый раз, как соберешься сделать что-то крутое.

Он лишь усмехнулся и переступил порог. Твари тут же зашевелились, вытягиваясь и раздуваясь. Пасти стали шире, а шепот громче.

Хоуп так и не поднял головы, но на камни со звоном упал наруч. И в этот момент тени отпрянули, голося во всю глотку. Я не понял, что произошло, но вокруг Хоупа замерцало пространство, а с земли в воздух взвились мелкие камешки.

Звякнул и откатился второй наруч, а под плащом парня что-то зашевелилось и забугрилось. Тени заметались по проходу, толкая друг друга и пытаясь сбежать. Шепот перешел в визг.

Хоуп медленно повернулся ко мне и посмотрел. Из-под капюшона, которого раньше не было, на меня смотрели угольки нечеловеческих глаз.

— Спасибо, — произнесло существо. — Дальше я сам.

Когтистая лапа медленно закрыла дверь, отсекая все звуки. Последнее, что я услышал, был звон третьего наруча. Я остался стоять в тишине. Улыбнулся, довольный собой и повернулся к остальным.

Когда помогаешь кому-то достичь успеха, пусть и совсем чуть-чуть, все равно чувствуешь себя причастным и радуешься.

— А вы чего такие бледные? — спросил я.

— Врум-врум.

— Чи-или-им, — ответил попугай за Биона.

Я заметил, что даже у птицы перья стали белее, как будто его окрас выцвел.

— Нельзя так, — замотала головой Мэйси. — Нельзя. Сначала он снимает блокираторы во сне, затем привыкает, затем путает сон с явью и снимает их наяву. Если в ближайшем будущем услышишь о вырезанном за одну ночь городе, то знай, это твоя вина.

Я задумался, разглядывая ее. Посмотрел на Биона, но кусачка тактично разглядывал свои ногти. Как будто он может их различить во сне, пусть и осознанном.

— Я обычно не бью девушек, — вздохнул я, — но подзатыльник тебе бы отвесил.

— Ай, — воскликнула Мэйси скорее от неожиданности.

— Ты заслужила, — произнес Стефан. — Что? Мне можно.

— Ну па-ап, — захныкала Мэйси и тут же зажала руками рот. Глаза у нее знатно округлились

— Что произошло на испытании, растает вместе с этим сном, — произнес Бион. — Вечноспящий нам свидетель.

— Ты давай вали уже, — махнул рукой я. — Но в целом я согласен, не стоит распространятся о чужих тайнах. Кусачка, знаешь как пройти свой кошмар?

— Знаю, — вздохнул он. — Есть один способ, но я не готов.

— К чему не готов?

— К развитию дара, — скривилась Мэйси. — Он не может открыть глаза Гипноса.

— Я еще не готов, — возразил он. — Я хотел набраться опыта.

— Чтобы научиться блокировать ощущения, — произнесла она. — Если ты так боишься, то значит, получил дар незаслуженно.

— Завидуй молча, — огрызнулся он.

— Как его развить? — спросил я.

— Вырвать себе глаза во сне, — ответила за него Мэйси. — Это базовый этап, чтобы дар пробудился. Удивительно, как ты вообще мог хоть что-то видеть непробужденным даром.

— Я сильнейший Зрячий всех времен, — выпятил грудь Бион. — Так бабка говорила.

— Даром, что трус.

— Кто бы говорил.

— Хватит, — оборвал я обоих, вытягивая руку. — Ты, гони глаза на бочку, а то сам выколю.

— Нельзя, — встряла Мэйси. — Твоя энергия может повредить его связь с калейдоскопом и он проснется. Это как в бою с тем имперцем. Он сам должен.

— А, — сообразил я. — Тогда гони глаза на бочку, а то я выколю их тебе в реале.

Бион нервно сглотнул, глядя на мою протянутую ладонь. Попугай открыл было клюв, что бы что-то вякнуть, а затем закрыл и растаял в воздухе.

И это натолкнуло меня на мысль. Изначально я знал, что Бион меня побаивается, в отличие от Мэйси и Хоупа. И хотел сыграть на этом. Но теперь вспомнил Врума.

Скат каким-то образом делает меня быстрее и проворней, пусть и на короткое время. Причем, как во сне, так и наяву.

— Слушай, твое сновидение. Что оно умеет, кроме как перьями разбрасываться?

— Да ничего, — от резкой перемены темы Бион еще больше напрягся. — Нас еще не учили взаимодействию.

— Врум меня ускоряет. Твой попугай скорей всего должен иметь эффект расслабления.