Я попыталась сосредоточиться, отвлечься от криков и рычания, повернула голову и… обнаружила Пузана, деловито спускающегося к соседней драконьей лапе. Качающейся неровной походкой, старательно балансируя крыльями он шел к сдерживающим ее оковам. Но при этом помесь горгульи и летучей мыши поглядывал в мою сторону и, когда обнаружил, что я его вижу, прибавил ходу. Практически допрыгав к запорному механизму, эта сволочь поднял над головой странную печать, при этом явно красуясь и одаряя меня широкой щербатой улыбкой.

Выглядел несколько синеватым от холода, но довольным. И совсем не был похож на полуразумное животное, слишком уж расчетливым выглядело каждое его действие. Еще мгновение и он хлопнет руной по магическому замку.

 Зато дальше произошло давно ожидаемое. По крайней мере – мной.

Сверху, лихо и резко, словно орел на зазевавшегося хомяка, спикировал Сиротка. Ухватившись обеими лапами за камень с руной, он дернул его вверх.

– …!
– непечатно сказал Пузан. – Да сколько же можно!

Щекастая физиономия исказилась помесью неверия и обреченной тоски.

Юный герой ему не отвечал, а лишь торопливо молотил крыльями воздух, старательно вырывая добычу из лап врага.

Несколько секунд они боролись с переменным успехом, перетягивая печать то вверх, то вниз. Пузан был тяжелее и больше, но наглая юность брала напором и непоколебимой верой в собственные силы. Иначе говоря – Сиротку мотало бельем на ветру, но печать он не выпускал.

Непонятно чем закончилось бы противостояние, но дракон во время боя сильно дернул хвостом, хлещущим движением ударив в стену, и та неожиданно быстро пошла трещинами. Судя по светлым потекам в кладке, сооружена эта сторона была намного позже, чем другие стены. И оказалась не в пример более хлипкой.

В полутьму «камеры» хлынул дневной свет, выхватывая бликами белые хлопья парящего в воздухе снега… дергающегося в ярости, пытающегося освободиться дракона… все медленнее летающих Криспиана с Хагарой. По ушам грянул дальний гром, который как я теперь знаю и не гром вовсе.

Сошедший с ума монстр рванулся, отвечая на зов. И в обратном направлении полетел гибкий длинный хвост. Прямо на меня.

– ---

*Морковкино заговенье – день, который никогда не настанет. Заговенье - последний день перед постом, когда христианам разрешается есть «запретное», то есть молочную и мясную пищу. Морковку никто не запрещал и вряд ли запретит, поэтому такой день невероятен.

– --

Рукам стало невыносимо, то ли холодно, то ли горячо.

Я слышала, что при сильном температурном поражении, ощущения от огня и заморозки становятся одинаковыми. И сейчас впервые в жизни почувствовала нечто подобное. Странную огненную прохладу, скорее всего означавшую – все, прости-прощай, были руки, да сплыли.

Ладони я буквально выдернула. И на одну, смазанную от скорости микросекунду увидела яркий искристо-желтый цвет своих пальцев.

Нужно было бежать, уворачиваться, но я не успевала. Изначально я планировала пригнуться, спрятаться за огромной лапой, но она принялась дико дергаться, сама став еще одним источником опасности. Кандалы скрипели и трескались, еще немного и дракон сможет их открыть без всякой магической печати.

Хвост неумолимо приближался, картинка почему-то дергалась рывками, словно в замедленно-испорченной съемке. Раз - и ближе. Еще кадр - и уже рядом.

В следующее мгновение меня сбил грузовик.

А… нет…

Это Криспиан в полете врезался в меня с такой силой, что легкие сложились в блин. Мы дернулись вверх и чуть наискось. А за нами продолжил нестись на всех парах синий хвост. С него свисали раскрытые оковы и цепи, раньше пеленавшие ящера в несколько кругов и прикрепленные к полу. Сейчас они мчались по воздуху, болтаясь, звеня и быстро разматываясь в воздухе.

На сосредоточенном лице Криса каплями блестел пот. Таумаран не смотрел на меня, повернув голову куда-то левее, к заметному только ему ориентиру. На шее напряглась длинная вена, похоже бой забрал почти все его силы и сейчас лорд действовал исключительно на упрямстве и воле.

Звон. Вверх подлететь не получилось, он нырнул вниз, под летящим хвостом и увернулся от одной цепи, но пара других, извивающихся змеями, кинулись на нас, прямо в лицо…

Инстинктивно защищаясь, я выставила вперед поврежденную руку. С которой тягуче стекали странные желтые капли, бликующие в лучах света. От локтя к пальцам дернуло словно натянуло струну.

И к моему удивлению, стремительно влетающие в нас цепи оплавились, обвисли, тяжелыми струями начав стекать вниз.

Как в фильме про Терминатора, где за главным героем из будущего явился плохой ртутный робот.