Но увидеть своими глазами подземку столицы одной из самых развитых стран мира мне, разумеется, очень хотелось. Да и вообще любой кусочек любой столицы, где не матерятся по-русски и тебе под ноги не бросаются то попрошайки, то раздавайки…

— Только сперва прогуляемся в оружейку, — после небольшой паузы добавил Корвин, и у меня засвербило нехорошее предчувствие в известном месте.

Как всегда, предчувствие меня не обмануло.

В отличии от Корвина.

Едва я вывалился из черного прохода, стало понятно: не будет мне ни Токио, ни метро, ни вообще хоть какого-нибудь путешествия за пределы Необъятной, судя по тому, что мы оказались в Лабиринте типа «Катакомбы».

Которые как раз и были отдаленно похожи на столичную подземку.

Не японскую, разумеется, за исключением разве что иероглифов на плакатах и указателях.

Корвин проследил направление моего взгляда и ухмыльнулся:

— Можешь даже не пытаться, бесполезно — их никто не сможет прочитать. Лабиринт выхватывает обрывки твоих воспоминаний и из них лепит свои коридоры и комнаты. А вот окажись среди нас коренной москвич, который помнит названия всех станций — тогда и интерьеры были бы вполне себе конкретными, и надписи читаемыми.

— То есть это даже не иероглифы? — уточнил я.

— Именно. Просто какие-то непонятные значки, «додуманные» Лабиринтом.

— Ну и зачем ты меня сюда притащил?

— Я когда первый раз сюда попал, то сразу подумал, что это отличное место для того, чтобы учиться читать знаки Лабиринта. Осмотрись внимательно, как я тебя учил…

Учил он, ага, как же!

Да такого «учителя» даже в трудовики сельской школы никто не возьмет даже не смотря на то, что пахнет он весьма аутентично: перегаром и… перегаром.

Как сказал Корвин, к точке выхода всегда ведет больше одного маршрута. Чем больше и сложнее лабиринт, и чем больше в нем ловушек и опасностей, тем больше существует и путей. И, соответственно, больше ловушек и опасностей на них встречается.

Здесь же было всего два варианта: тоннель налево и тоннель направо, без каких-либо лестниц наверх или вниз. К счастью, перрон тянулся, насколько позволяло рассмотреть освещение, а значит не придется прыгать на рельсы и плестись в темноте.

Так что выбор передо мной стоял предельно простой: налево или направо.

Машинально я положил руку на карман, в котором притаилось оружие, выданное Корвином: электрошокер. Выбор был между кастетом, битой, ножом и шокером. Как заявил мой наставник, Лабиринт не любит огнестрельное оружие, и оно может вдруг начать вести себя «странно». Объяснений, в чем эти странности заключаются, я так и не получил.

Кастет — это даже не смешно, с ножом обращаться я не умею, ну а вместо биты у меня есть куда более привычная и универсальная Швабра-дубинка. В итоге выбор оказался настолько очевиден, что сразу стало понятно: да не было у меня никакого выбора!

Сам же Корвин вооружился короткой катаной (сука), небольшим томагавком (жаль, что крыльев нет — можно было бы выдрать перо и воткнуть ему в голову) и цепью с грузиком на конце, которую он обмотал вокруг пояса.

— Мать твою, ты у нас что — Ремба?

— А кто сказал, что я умею всем этим пользоваться? — усмехнулся тот в ответ на мое возмущение, — Это больше для устрашения. Ну и, опять же, инструменты многофункциональные. Но лучше пусть это все нам не пригодится…

Вот тут я был с ним целиком согласен.

Так, и что тут у нас?

Вытянувшийся в необозримую бесконечность перрон, освещенный рядом уличных (!) фонарей. Примерно двухметровой глубины шахта с рельсами, уходящая в мрачный тоннель. Под каждым вторым фонарем — мусорное ведро, а под каждым четвертым стоит скамейка.

Налево и направо картина совершенно одинаковая и симметричная.

Плохо.

Значит, придется искать дьявола в деталях. То есть те самые странности и нелепости, которые Корвин называет «знаками», и которыми Лабиринт то ли пытается заткнуть свои недоделки недодумки, то ли отвлечь от них внимание, вызывая обратный эффект — не понятно.

Правильная дорога всегда выглядит натуральнее, беднее, реалистичнее. И все детали, если они там есть, на своем месте. А вот «обманки» — напротив, прямо таки пестрят несуразностями и пробелами. Хотя лично я на месте Лабиринта, если бы хотел заманить нас в ловушку и навсегда оставить в себе, поступал бы строго наоборот: и хрен бы кто у меня до финиша дошел!

—Эй, Уборщик! — Корвин многозначительно постучал себя пальцами по запястью.

Ну да. Сперва нужно «покормить» Лабиринт собственной кровушкой. Пришлось доставать нож и выполнять эту неприятную, но обязательную процедуру. А еще мы решили, что пока что я не буду применять «Сверхъестественное чутье» для поиска необычного. Нужно сперва научиться видеть глазами и думать головой, а не полагаться во всем на свои суперспособности.