— Заживление ран! — поглощённый белоснежно-изумрудным светом Вилл наложил отхил на Брэйва. — Небесный свет!

За что Вилл любил «Божественную милость» — за «фишку» под названием «тройной массовый отхил». Перезарядка «Небесного света», массового отхила, после использования «милости» сбрасывалась. Можно использовать ещё одно, но уже усиленное в два раза. На бумаге получалось, что буквально за пять секунд массовый отхил использовался три раза — невероятная целительная мощь.

Здоровье Кромора и Ди, которое каждую секунду падало на двадцать процентов, сразу взлетело до максимума. Вилл успел набросить на Ди «Регенерацию», которая перебивала «Кровотечение» и сосредоточился на отхиле Кромора. Намтик же изо всех сил старался покончить с боссом. Его красная кнопка не успела откатиться, но и без неё х10 кинжалы выдавали много урона.

«Осквернённый рыцарь», не успев закончить очередной паттерн, пал. Сразу после этого глаза перестало щипать, а зрение вернулось в норму. Они прошли. У них всё получилось. Вилл перевёл взгляд на время прохода.

0:09:35.75.

Керпул шёл по длинному тёмному коридору и радостно насвистывал под нос. Настроение было отличное. Пока все как тараканы возились с турниром, ему досталась простая и одновременно приятная роль — присматривать за пленными девушками в очередной глуши — на «Острове стенаний», на котором обнаружилась «Пыточная темница». Несмотря на жутковатые названия, охранять это место Керпулу нравилось больше, чем «Тёмный треугольник».

Во втором королевстве было куда больше далёких, труднодоступных мест, в которых легко укрыться. Единственный способ добраться до острова — вплавь, что делает любую внезапную атаку невозможной. Пока рейд из тридцати или даже пятидесяти человек будет плыть на лодочках, пленные девушки сто раз захлебнутся в собственной крови. Невидимость разбойников так же была бессильна, поскольку в воде оставался заметный визуальный эффект. Остров стал идеальным местом для укрытия.

Закреплённые на стенах факелы осветили мягкое лицо Керпула. Победитель школьных олимпиад. Золотой медалист. Обладатель красного диплома по специальности «финансовый аналитик». Человек, витающий в стереотипах, нарисует себе образ пухленького человечка в очках, не вылезающего из-за книг. Керпул был совершенно иным — красивым, по мужским меркам, в чём-то элегантным, лёгким в общении. Как и остальные «Невозвращенцы», охраняющие темницу, Керпул был во всеоружии, облачённый в тёмно-зелёный плотный кожаный доспех. Зачёсанные на правый бок светлые волосы поблескивали в свете факелов. Взгляд ореховых глаз прошёл сквозь небольшую решётку на одной из дверей.

— Нет, пожалуйста, не надо…ты ведь заходил ко мне вчера… — с нескрываемым ужасом прошептала пленная девушка. Всё, что на ней было — порванное в трёх местах платье цвета сырой глины и ошейник, к которому крепилась протянутая до стены цепь. Длинные золотистые волосы спутались от грязи.

Керпул спокойно смотрел на девушку сквозь прутья решётки. Бедняжка. Как же она напугана. Интересно, таким его видела Мярлиси?

Забавно, как многое в жизни меняет маленькое решение. Казалось бы, какая разница, в какую группу вступить для прохода ежедневного данжа? Однако вступи в другую группу — и не состоялось бы знакомства с хилушкой-милашкой.

Смазливая мордашка, фотки с высунутым языком, чокер с сердечком и сотни просмотренных тайтлов. После первой проходки она добавилась в друзья и настойчиво приглашала поиграть вместе. Через несколько дней многие сообщения заканчивались сердечком.

Милашка, но не более. Его интересовали другие девушки — ценящие свободу и не связывающие себя с одним человеком. Мярлиси — противоположность. В гильдии и многих группах её называли «яндере» — нежной и любящей девушкой, чья влюблённость часто перетекала в одержимость. Всего за две недели она утомила назойливостью. Пришлось оборвать общение, чтобы не дарить ложные надежды. Случившееся после напомнило взрыв ядерной бомбы.

Сто сорок пять пропущенных звонков. Под тысячу непрочитанных сообщений. Заваленная игровая почта. И всё это за двадцать четыре часа. Внутри горела жалость, но приходилось терпеть. Рано или поздно они бы разошлись, а быть с человеком из жалости — неправильно и подло.

Мярлиси не унималась. Пришлось идти на крайние меры — удалять странички в социальных сетях, менять симку, продавать персонажа и уходить на другой сервер. Правда, это помогло лишь отчасти — неугомонная Мярлиси, словно заранее сохранившая список друзей и родственников, завалила их сообщениями.

Спустя месяц шторм утих. Теплилась надежда, что Мярлиси смирилась с разрывом и нашла нового парня. На очереди же была новая MMORPG с прорывной технологией виртуального погружения.

И вновь всё изменил маленький выбор. Склонись в тот вечер чаша весов в сторону решения стартануть вечером, вместе с друзьями, а не с самого запуска сервера, то заточения удалось бы избежать. Сама игра оказалась неплохой — не топовой по меркам остальных онлайн игр, но главное преимущество — погружение. Одно дело гонять нарисованных человечков за компьютером и другое — этим человечком быть.

Три месяца заточения пролетели как мгновение. Но потом…

Сразу после взятия сорокового уровня налетели три здоровых бугая. Они жёстко скрутили, набросили мешок на голову и утащили как можно дальше от безопасной зоны, в далёкую глушь, в которую вряд ли просто так зайдёт игрок. За похищением стояла Мярлиси. Она ничего не забыла. Разлука разожгла фанатизм до предела.

Следующие три недели превратились в сплошное унижение. Встал выбор — либо умирать от голода, либо становиться игрушкой, с которой изощрённо игралась сошедшая с ума девушка. Попытки сбежать быстро заглушили апатия и страх, что Госпожа разозлится. Мярлиси с каждым днём всё сильнее слетала с катушек. Она настолько потеряла связь с реальностью, что устроила свадьбу и на следующий день заявила, что забеременела после брачной ночи. В безумии она словно словила биполярку: утром могла быть доброй, милой и ласковой, а вечером — жестокой и беспощадной, с особым усердием пытая и вырезая на спине инициалы. Система смягчила боль, но любое воспоминание о вгрызающемся в спину ноже бросало в дрожь.