— Обижаешь… — улыбнулся безопасник, — …смотри.

Весь ролик длился пару минут, но оба мужчины внимательно его просмотрели, пытаясь выцепить малейшие детали, но даже после просмотра, оба в тишине обдумывали увиденное.

— Чертовщина какая-то, что там произошло? — не понял старик. — Попадалось тебе нечто подобное? — подняв взгляд на безопасника, вопросил Ларионов, не способный поверить в увиденное. — Он ведь ничего не сделал. Даже не шелохнулся. Кто это? Ты узнал?

— Прости, Костик, но я понятию не имею, кто это, не наша территория. Скорее всего, Эрсус и сильный. Очень сильный! — пожал тот плечами. — Но поговаривают, что Саша вернулся в Красноярск без сына. И о Егоре ни слуху, ну духу. Похоже, кончился его сынок, — проведя рукой по шее, усмехнулся он. — А еще говорят, что тот рвет и мечет и сразу поскакал докладывать всё Волковым. Точнее, как поскакал… поковылял, — едко ухмыльнулся Геннадий.

— Вот как! Это интригует. Оставь мне запись, я посмотрю её еще раз, — попросил Ларионов. — Что там насчет Алисы и Артёма?

— Всё также, ты ведь знаешь свою внучку, но она умница. Держится, даже после всего, что произошло, — ответил безопасник, поникнув. — Они куда-то поехали и скоро должны вернуться. Точнее Артём её потащил.

— Ладно, иди тогда, Гена, — тяжело вздохнул Ларионов. — Дальше я сам разберусь, а пока внука проведаю.

На что мужчина лишь кивнул, через пару мгновений в кабинете остался только один, а следом поднялся и он, неспешно последовав на второй этаж, где располагалась комната его правнука и внучки, но силуэт неизвестного мужчины раскидавшего гвардию Беловых, так и не давал ему покоя. И надолго отпечатался в памяти.

Уже подходя к детской, до ушей главы свободного рода донесся детский задорный смех, и все мысли из головы мгновенно улетучились, а хмурое лицо мужчина озарила счастливая улыбка. Вот только та сошла мгновенно на нет, когда до ушей главы рода Ларионовых донесся еще один голос… мужской и… неизвестный. Хотя правнук должен быть сейчас с двумя няньками. И сердце быстро пробило такт. Неужели… кто-то еще?

Ни теряя, ни секунды, пожилой мужчина сорвался на бег и оказался рядом с дверью, которую мгновенно распростер нараспашку, внимательно осматривая комнату.

Но каково было его удивление, когда попав внутрь, он увидел человека, который подкидывал ребенка вверх, попросту с ним игрался. От чего малыш и заливался задорным смехом.

— Деда?! — радостно закричал малыш, заметив старика. — Мы иглаем… с папой тут… давай с нами!

Незнакомец же в это время лишь повернулся в профиль левой стороной головы, и Ларионов успел увидеть лишь изуродованное лицо и ярко-бирюзовый глаз.

— Обязательно, Палаша, присоединюсь, как только этот дяд… стоп, что? Что ты сказал? С папой? — на миг глав рода осекся, не в силах поверить в услышанное, ведь его правнук отродясь никого так не называл.

— Ну да, деда… — кивнул малыш, находясь в руках у мужчины, — … это мой папа, он сам так сказал…

— Кто ты? И что ты сделал с моим внуком? — с тревогой вопросил Ларионов начиная заводиться, пронзай взглядом неизвестного.

На миг профиль лица человека дернулся и расплылся в широкой улыбке, а после он заговорил со счастливыми нотками в голосе, но, не отводя взгляда от мальца:

— Вам ведь уже сказали, Константин Дмитриевич, что я играю с сыном…

А стоило тому обернуться, как глава свободного рода не мог поверить в увиденное и был шокирован, ноги у того резко задрожали и ему пришлось спешно ухватиться за косяк двери. Настолько нереальным всё было сейчас. Ведь такого просто не может быть… он же… мёртв…

— Глазам не верю… — прохрипел старик, — … Паллад… ты… жив?

— Право слово, Константин Дмитриевич, вы словно красна девица, держите себя в руках, — ухмыльнулся весело мужчина, а после обратился к ребенку: — Палаша, разрешаю ущипнуть папку за щеку. Твой прадед нам не верит…

— Но… как? — уже раз в пятый неверяще вопрошал Ларионов у меня, да с таким энтузиазмом, что почти расплескал коньяк, который мы распивали у него в кабинете, пока сына кормили его няньки. — Я же ведь видел…

— Константин Дмитриевич, история это длинная и как-нибудь я её вам обязательно расскажу, но не сейчас. Где Алиса? Почему её нет? — спокойно спросил я, от чего старик мгновенно поник и неловко взглянул на меня.

— Её нет, еще утром её Артём увез в город, — сознался Ларионов в попытках скрыть взгляд. — Он здесь поселился недавно, решил провести больше времени с будущей женой… — опасливо сглотнул он, видя моё окаменевшее лицо.

— Артём Волков, значит… — процедил я сквозь зубы, — … отлично, просто отлично. На ловца и зверь бежит…

— Пал, ты не представляешь, как сейчас живет Алиса, — робко начал старик и того резко понесло, словно плотину прорвало. — Каждая секунда её нахождения с этим подонком… это сущий ад. Ведь это он… он… её тогда. Он во всём сознался сам. Он не человек, он мерзавец, садист и зверь. А я теперь ничего не могу сделать. Волковы будь они прокляты. А моей внучке приходится терпеть всё это… — мёртвым голосом проговорил Ларионов, с отчаянием глядя на меня. — Если бы не Палаша она уже давно на себя руки наложила.