— Стоп! Погодите… Всмысле он?! В чём он признался?! Только не говворите, что… — выпалил я, нарастающая злоба и гнев уже самопроизвольно выплескивалась из меня, а стакан в руке уже покрылся сетью трещин.

— Это… он… тогда снасильничал Алису. Он… и другие. Я думал, это был кто-то из великого рода, но это его рук дело. Он всё затеял. Эта тварь призналась. Он получает удовольствие от таких вещей! Видел бы ты мою внучку, когда он впервые заявился в наш дом со своими требованиями. Она была бледна словно Смерть и еле держалась. Я даже представить не могу, каково это находится с тем, кто разрушил всю твою жизнь…

— ЧТО?! — вырвалось у меня.

Стакан в руке просто испарился, пол в кабинете заскрипел, а следом в нём появились огромные трещины от выплёскивающейся энергии. Даже стёкла в окнах задрожали, готовые вот-вот разлететься вдребезги.

— Он труп… Он же сдох… Просто еще этого не понял… — прошептал бесцветным голосом я, поднимая взгляд на испуганного старика, который был ошеломлен всем происходящим. — Когда они прибудут?

Но уже следующий миг в кабинет ворвались трое охранников. Видимо, сбежались на шум.

— Костя, что происходит?! — воскликнул один из них, покосившись в мою сторону. — А это еще кто? Откуда взялся? Как ты миновал охрану? — резво набычился он, подступая ко мне.

— Хватит, Гена! Не сейчас! Не до вас! Все прочь! — рявкнул беззлобно Ларионов, дав отмашку исчезнуть, но в следующий миг быстро остановил одного из них жестом руки. — Алиса еще не приехала?

— Так уже! Только-только ворота миновали! А что? — спохватился его собеседник.

— Ничего! Все прочь! Пал, держи себя в руках! Я не представляю, что с тобой произошло за эти четыре года, но ты пойми нельзя так просто убивать Артёма… он ведь Волков! — вдруг запротестовал старик, но я его быстро перебил.

— Почему нельзя? Можно! Нет ничего проще! Он не более чем насекомое! А вслед за ним отправится и весь его проклятый клан! Клянусь всем, что у меня есть! Они не доживут до завтрашнего утра! — ответил глухо я, с трудом взяв себя в руки и встав с полуразрушенного стула. — Пойдемте, Константин Дмитриевич, нам пора! Нужно подышать свежим воздухом и встретить… одного смертника…

Впервые в жизни моё сердце не трепетало от предстоящей встречи. Оно было переполнено гневом и злобой. И настолько сильной, что подъезжающую к нам немыслимо дорогую машину я хотел испепелить прямо здесь и сейчас. Дотла! Руки дрожали и требовали действия. Но сейчас меня останавливало лишь одно единственное слово и один человек.

Алиса.

Поэтому я держался из последних сил и на крупицах, тающей на глазах силы воли.

Первой подъехала машина охраны, за ней ехала машина Волкова, а после неё вновь машина охраны.

— Пал, держи себя в руках. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь! Иначе нам всем крышка, — шепнул мне старик на ухо.

— Костя, это еще кто такой? — поинтересовался один их телохранителей, выскочивший из машины, подходя к нам почти вплотную, и внимательно стал рассматривать моё лицо.

— Это мой давний знакомый, решил заехать и проведать меня, — с наигранной улыбкой ответил Ларионов.

— Знакомый, говоришь? — протянул телохранитель — Твой знакомый очень сильно напоминает одн…

— Замри и заткнись… — процедил я ему сквозь крепко сжатые зубы.

Невидимая глазу энергия, бурлившая яростной и бушующей стихией вокруг всей усадьбы, по одной моей прихоти почти до смерти скрутила телохранителя, не давая тому ни шелохнуться, ни что-либо сказать. Тот лишь выпучил ошалело глаза, не понимая, что сейчас происходит и ни в силах, что-либо изменить. Подобное я проделал со всей охраной, что успела выйти из машин, а также той, что еще не покинула их.

А после из автомобиля вышел он. Мужчина лет тридцати. Высокий, статный, светловолосый. Приятный аристократическая вид, а также безукоризненная внешность и щеголеватый стиль.

Волков даже не заметил, что он остался один и только один.

— Костя, распорядись, чтобы нам подали обед, мы немного припозднились с Алисой, — с весельем в голосе начал он, а после перевел взгляд серых глаз на меня и презрительно скривил лицо. — А это еще что за урод? — фыркнул хмуро он, отворачиваясь к автомобилю.

Но его тираду, как и весь вопрос, я пропустил мимо ушей, ведь следом за ним машину покинула Алиса. Стоило её завидеть, как сердце пробило предательский такт, но не из-за радости встречи, а из-за того, какой ныне образ был у девушки.

Бледное лицо, взгляд опущен вниз, подавленный и тревожный вид, словно она в любой момент может оказаться без чувств и… безжизненный взгляд, который просто смотрит сквозь человека, абсолютно не замечая, кто или что перед ней стоит. В девушки не было той жизнерадостной и сияющей улыбки, что я видел ранее. Она была лишь тенью прежней себя.