– Ты... ты сын.....

Я делаю резкий вдох и постукиваю кончиком ножа по столу. Это сразу же привлекает внимание Вонна.

– Мы поговорим о моем дяде позже. На данный момент есть более неотложные дела. Твоя дочь, Айла.

Брови Вонна хмурятся.

– Она?

Ублюдок. Я успокаиваю убийственную ярость, кипящую в моих венах, вонзаю нож в мелкую поверхность его полированного стола. Если бы дело было только в Айле, а не во всей этой гребаной империи Общества Королей, я бы заставил его разорвать сделку и отдать ее мне. Но все не так просто. Есть вопросы, на которые нет ответов.

Моя зловещая ухмылка заставляет его замолчать, когда я присаживаюсь на край его стола и переворачиваю кончик кинжала к рукояти.

— Так и есть, - соглашаюсь я, имея в виду, что она моя. Ему пока не нужно этого знать.
– Вы знали, где она была последние две недели? После того, как я спас ее от похищения в кампусе?- Я впечатлен. Вспышка удивления в его глазах появилась и исчезла через секунду.

— Не волнуйся, я заботился о ее безопасности. Вот почему ты собираешься назначить меня ее телохранителем.

— Я...- Вонн качает головой, шестеренки в его голове вращаются чертовски медленно, на мой взгляд.
– Я не понимаю. Почему ты хочешь работать ее телохранителем? Ты Астор, а не наемный мужик.

Правда, мое имя и статус привлекают внимание, но я всегда умел быть в центре внимания. Это то, на что я рассчитываю в игре с телохранителем. Терпение на исходе, я швыряю графин с коньяком в стену. Он издает удовлетворительный грохот, когда разбивается вдребезги. Вонн вздрагивает, глядя на меня из-за беспорядка, который я устроила.

Теперь он полностью завладел моим вниманием.

– Так не следует вести себя на собеседовании, юный м...

Его слова обрываются сдавленным бормотанием, когда я вскакиваю со стола с нацеленным на него ножом. Схватив его за волосы, я запрокидываю его голову назад, чтобы встретиться со своим жестким выражением лица. Сейчас было бы так легко перерезать ему горло. Удовлетворительный. Стиснув зубы, я увеличиваю давление. Он вздрагивает от укола моего клинка, и струйка крови стекает по его шее.

– Нет, ты, кажется, не понимаешь. Это вообще не интервью. Я охранник твоей дочери.
– Моя хватка крепче сжимает его волосы. Я останавливаю себя, чтобы не убить его сейчас. Это ничего не даст, если я прикончу его здесь.
– Скажи, что ты согласен. Для протокола, мне насрать, есть у меня ваше разрешение или нет — я буду делать то, что хочу. Но я хочу услышать, как ты это скажешь, чтобы я знал, что ты понимаешь, что у тебя нет сил остановить это.

– Это нападение! Бьюсь об заклад, взлом и проникновение тоже!

Я срезаю одну из пуговиц на его рубашке.

– Я мог бы сделать гораздо хуже. И я уничтожу тебя, если ты не будешь подыгрывать мне.
– Он вздрагивает, когда я делаю еще одно быстрое движение, выгибая руку дугой, чтобы вонзить нож в его стол. Садистски ухмыляясь, я показываю свой телефон, просматривая финансовые отчеты, присланные Колтоном.
– Видишь ли, ты будешь делать все, что я захочу, или все средства массовой информации узнают об этой утечке твоей мочи из-за плохого управления капиталом.

Вонн усмехается.

– Ты их подправил.

– Пожалуйста, - усмехаюсь я.
– Ты находишься под каблуком у всех крупных игроков в городе. Ты думаешь, я не смогу найти другого уважаемого члена сообщества, который поддержал бы это?

– У меня есть друзья, которые помогали мне дольше, чем ты был жив.

– Да, Короли.
– Увидев расширенные глаза Вонна, я убираю телефон и беру свой нож, проводя кончиком по полировке.
– Ты забыл, кто я такой? Астор. Мое имя имеет больше влияния, чем когда-либо будет иметь твое, Вонн. У меня есть все твои секреты.
– Я снова направляю на него нож, прямо между его глаз.
– И я действительно имею в виду все из них, включая мужской клуб, который вы часто посещаете, чтобы купить... плотские товары.

С моим рычанием приходит прилив гнева на отца Айлы. Он причинил ей боль, и я не позволю ему выйти сухим из воды. Возмездие грядет за ним.

– Это что, испытание?
– Вонн вцепляется в подлокотники своего кресла, костяшки пальцев белеют.
– Я верен тебе! Я доказал, насколько

сильно!

Пугливый взгляд в его глазах говорит мне, что он скорее склонен поверить моему блефу, чем нет. Я давлю, пока он на краю пропасти, следуя своим инстинктам, как учит Джуд, когда дело доходит до того, чтобы заговорить кого-то по кругу до такой степени, что они верят, что все это их идея, предоставляя им собственную петлю.