На тебе были белая майка и серые тренировочные штаны.

– Давно я тебя таким не видела, – проговорила я, не сумев удержаться от комментариев.

– Каким? – ты взглянул на меня вопросительно, сев за обеденный стол.

– Да в спортивных штанах, – сказала я. – Обычно или в костюме, или в пижаме, – рассмеялась я.

– Целый день на работе я одет официально, а приду домой – такой уставший, что надеваю пижаму. Сейчас не хотелось быть в пижаме, но хотелось, чтобы удобно, – объяснил ты. – А ты такая красивая – и одетая, и причесанная! Уж извини, – ты улыбнулся мне.

– Ничего. Это вообще не важно, – улыбнулась и я. – Начнем?

– Давай начнем. Я ужасно голодный.

Я подала спагетти и салат.

– А на десерт – сюрприз! – сказала я, садясь за стол.

– Марго, мои любимые спагетти! – обрадовался ты. – Я уж было решил, что никогда больше не доведется их поесть, – добавил ты, испортив все.

– Почему?

– Да так, неважно, – ты захотел сменить тему. – Вина?

– Да, вина. Я про него забыла, – проговорила я растерянно.

– Для этого есть я, Марго, – ты встал, чтобы достать вино.

Я всячески старалась скрыть волнение.

– Марго, ты действительно меня удивила. Твое здоровье!

– И твое здоровье, Артур. И ты удивил меня.

– Да?! – ты посмотрел на меня смущенно, накладывая одновременно и спагетти, и салат, хотя я ожидала, что сначала мы будем есть салат, а потом спагетти. Не имея сил оторвать взгляд от твоей тарелки, я едва проговорила:

– Да, сегодня утром ты удивил меня розой.

– Эта роза для тебя, – сказал ты и начал есть. – Надо немного посолить, чуть-чуть не хватает соли.

– Но ты же не ешь соленого, – растерялась я.

– Марго, я не ел соленого. Теперь ем, – ты посмотрел на меня словно с укором.

– Что ты хочешь этим сказать, Артур?! – нервно спросила я.

– Я не хочу сказать ничего другого, кроме того, что когда-то я не ел соленого, а теперь ем, – желая меня успокоить, сказал ты.

– Нет, черт тебя возьми, не это! – взорвалась я, встав из-за стола. – Ты что, считаешь меня совсем дурой?! Думаешь, я глупая и ничего не понимаю? Получается, теперь я тебя не знаю? Теперь ты не тот, каким был прежде? Я живу прошлым, так ведь?!

– Марго, не надо! Прошу тебя, – ты пытался меня остановить.

– Нет, Артур! Не я начала, ты начал. Я знала, что так будет. Знала! У меня опускаются руки, пропадает всякое желание что-либо делать! Именно поэтому! Ты невероятно жестокий, Артур! Ты просто злой! – плача, говорила я.

– Марго, ну зачем ты все портишь? – ты взял меня за руку. Я отдернула руку и сквозь слезы сказала:

– Ты уничтожил меня. Неужели не замечаешь? Неужели не видишь этого?! – я не могла совладать с собой. – Прошу тебя, оставь меня в покое. Сиди здесь, смотри телевизор, делай вид, что ничего не случилось. Только не трогай меня! – я вся тряслась.

Сейчас почти полночь. Закрывшись в спальне, я пишу эти строки. Не могу перестать плакать, не могу успокоиться. Руки дрожат, все тело болит. Болит и душа. Ты взял мою душу, Артур, и бросил ее в бездну.

P. S. Может, не поверишь, но сегодня могло случиться нечто совсем иное, что не случалось уже давно. Пусть на короткое время, но я и ты могли снова стать самими собою – я и ты.

Дорогой мой Артур!

Не знаю, что происходит со мной, у меня нет сил ни на что. После неудавшегося вчерашнего вечера я поняла, что все мои самые темные мысли были верными. Ты ненавидишь меня, и я больше не могу этого терпеть. Не хочу больше такой жизни, ни одного дня. Не хочу жить в тревоге, в печали, которая не выпускает меня из оков.

Проснувшись, поняла: я проспала почти двенадцать часов. Михаэла что-то делает внизу, надо пойти и хотя бы выпить кофе. Нет сил приводить себя в порядок. Накинула халат и спустилась.

– Госпожа Марго, вот и вы, – улыбнулась Михаэла.

– Да, – усмехнулась я. – Михаэла, сегодня я не в лучшем настроении, предупреждаю тебя.

– Так и предполагала, – она опустила голову.

– Предполагала?

– Еда почти вся нетронутая. Все осталось на столе. Я и подумала, что-то пошло не так, – чувствуя неловкость, объяснила Михаэла.

– Ты права, – сказала я. – Твоя идея со спагетти оказалась ужасной.

– Почему? Спагетти не получились?

– Спагетти-то сготовились нормально, вся затея была напрасной. Никому это уже не нужно, понимаешь? Все осталось в прошлом, – слова сами вылетали из моих уст. Похоже, нужно было выложить всю правду, облегчить душу хотя бы перед Михаэлой.