— Да, граф. Я с тобой. Хоть ты мне больше не нравишься.

Сергей встал и потрепал его по руке.

— Зато твоя пьеса понравилась публике, господин режиссер. У меня единственная просьба: когда вздумаешь ставить следующую, позови маркиза Рейнольдса де Нея, Ансельма Безродного. Он лучше рифмует, чем «роза-мимоза».

Сергей не добавил — если дотянешь до новой постановки. Принц уже проникся всей серьезностью ситуации.

На самом деле, от контакта с Джаннет Эдуард вряд ли потерял здоровье. Бедной девочке предстояла мучительная агония длительностью в несколько недель. Сергей не имел достаточной подготовки и результатов исследований, чтобы предсказать точнее. Курс полевой хирургии был слишком краток, но достаточен, чтобы понять: встречу с «мирным атомом» Джаннет не переживет. Принца стоило избавить от тяжкого зрелища.

Флоранс теперь передвигалась по дворцу только в сопровождении не менее двух человек, маркиза Рея или молчаливого меррийца Люка, а также гвардейцев стражи, прошедших какую-то особую подготовку. Все носили для видимости кинжалы, но под камзолами — пистолеты и панцири.

Принцесса возражала: раз цель козней — один член правящей семьи, способный подписать роковой договор от имени Киенны, ее оставят в целости, пока не просохнут чернила под соглашением. Сергей уверял: больше на это надеяться нельзя. Как только из дворца просочились слухи, что они снова вместе, враг может запустить план «Б», уничтожив всю семью Бодуэна.

Тогда соберутся представители высшей знати и выберут нового императора, а уж тот выступит основателем династии. Скорее всего — герцог де Тревейн. За ним следуют иные герцоги, в третью очередь, с совсем уже малыми шансами, подтянутся Маркиз Кривулька и прочие титулованные особы. Подобные выборы чреваты непредсказуемым исходом. Власть часто захватывают совершенно неожиданные личности, не обязательно — самые родовитые, но поддерживаемые влиятельными кланами.

Дворец, который был таким родным после возвращения из брачной ссылки, вдруг стал душным, тесным, несмотря на огромные размеры и гуляющие сквозняки. Как лучшее время вспоминался месяц путешествия с Сергеем по пограничным баронствам, неторопливые конные поездки под скрип копыт по свежему снегу, сменяющиеся пейзажи равнин, лесов и гор, замерзшие извивы рек, костистые силуэты замков, устремленные в высь, городки и затерянные деревушки, непременно — с церковью, уединенные монастыри, скиты отшельников…

Флоранс бы уехала туда снова. Конечно — с Сергеем.

Но во дворце двое самых близких людей: один умирает, второй может умереть или остаться насквозь больным инвалидом на недолгие годы жизни.

В столице империи решится судьба ее народа, а принцессу с детства растили в духе долга перед народом и династией, как бы нелепо иногда ни звучали высокие слова.

Как можно больше времени она проводила с отцом и братом. Император, как и обещал граф, пришел в себя и исповедовался. Потом впал в забытье. Флоранс утешала себя лишь тем, что он угасает без мучений.

К сожалению, второе предсказание сбылось, Эдуард не шел на поправку. Скорее — наоборот, через двое суток после того, как прозвучал непривычный и пугающий диагноз «лучевая болезнь», принц начал жаловаться на боли в сердце.

Умер кухаркин ребенок, отведавший объедки с дворцового стола, принесенные в контейнере из-под Библии, трое получили дозу и боролись за жизнь.

Единственная радостная весть на фоне печали — обнаружился Антуан. Он провел связанным почти трое суток и мог умереть от жажды, но все закончилось хорошо.

В покоях канцлера, где Флоранс теперь находилась почти всегда, кроме бдений у отца и брата, а также часов неспокойного сна, она сама слышала рассказ похищенного.

— Меня застали врасплох! — осунувшийся парень осторожно хлебал бульон, Хорхе запретил давать ему твердую пищу. — Кто-то напал сзади и взял на удушающий захват. Я вцепился в руку, но буквально сразу потерял сознание, а очнулся уже связанным, с кляпом во рту.

Окружившие его Сергей, Люк, Рей, капрал Пуатье и несколько других сторонников Миссии ждали продолжения и не морщились, хоть от Антуана по понятной причине пахло мочой.

— Ты ничего не рассмотрел?

— Лица нападавшего не видел. Вообще ничего. Но… почему-то мне кажется, рука была женской, только очень сильной.

Сергей прикоснулся к браслету.

— Вот те раз! Вызов абонента «Антуан», господа.

Из прямоугольника, возникшего над комом, раздался женский голос с легким акцентом.

— Сэр Левашов? Это Джейн. Мне нужно поговорить с вами. Вы один?

— Нет. Но меня слушают люди, от которых у меня нет секретов.

Лицо говорившей на экране не проступило. Сергей тоже не включал видео.

— Не важно. Мне нужна ваша помощь.

— Джейн, вы точно обратились по адресу? Вы хотите еще кому-нибудь подкинуть радиоактивную Библию и рассчитываете на мое содействие?

— Я выполняла приказ, а вы прекрасно знаете, ваше сиятельство, по уставу военно-космических сил Великобритании ответственность несет отдавший приказ, но не исполнитель. Давайте не отвлекаться, есть проблема, по сравнению с которой отравление императорской семьи не существенно.

«Не существенно?! — Флоранс задохнулась от негодования. — Эта стерва не заслуживает даже плевка в ее сторону, а вздумала просить о помощи!»