Как это возможно? Я в трансе Архимага? Почему я тогда в сознании, чётко мыслю? Боже, это снова какой-то кошмар… отворачиваюсь и смотрю на свои трясущиеся руки.

– Лис? Ты как? – говорит Винсента хриплым после сна голосом, стоя у меня за спиной.

Мне вдруг показалось, что я стою слишком неподвижно, как статуя, даже дышать перестала. Чувствую, кстати, себя так же: как что-то каменное. Винсент повторяет свой вопрос, вкладывая нотки заботы в свой голос. На меня это подействовало бы, если бы не… ах, да! Я – статуя с дьявольскими глазами. Вдох…

– Эй… искорка, не бойся… дыши. – говорит он и без страха смотрит в мои жуткие глаза, как будто это абсолютно нормальная ситуация, – Всё в порядке, ты привыкнешь… тебе больно?

Удивительно, но… нет! Как раз сейчас мне и не больно, лишь страшно.

– Милая, – позвал он меня и мягко улыбнулся, – Мы будем тренироваться, ты только не бойся. Хорошо хотя бы то, что вы с Квин теперь действительно одно целое – это здорово.

Что-то я не разделяю его щенячьих восторгов! Почему он улыбается? Снова смотрю на себя в зеркало и снова дурно.

– Как… это исправить?

Но я и сама знаю. Надо идти на боль, и я делаю усилие. Надо ли говорить, что в минуты перехода обратно вспоминается? То, что привело меня к Архимагии… Эхо тех пыток Некроманта, того жуткого облака грязной магии, которое рухнуло на меня, лишая дыхания, лишая возможности закричать.

А Винсент проходит через это ежедневно. Какой ужас…

– Ну? Как себя чувствуешь?

Мельком смотрю в зеркало, а оттуда на меня смотрит испуганная мордашка истерички, которая только и делает, что ноет. Зато глаза у неё человеческие, хоть это радует.

– Как человек, который взял ипотеку, два кредита под сверхъестественно-запредельные проценты, заложил дом, проиграл в покер свой пистолет, которым хотел выстрелить себе в висок и покончить этот цирк. В придачу за попытку самоубийства этого человека отлучили от церкви…

– Могу чем-то помочь? – на его лице грусть.

– Конечно. Купите у меня почку! А лучше обе… – не устаю извергать потоки бреда я, – Чёрт, а ведь вы не можете купить у меня то, что и так уже купили, да?

Слышу, как он глубоко вздыхает. Ах, проснулась совесть великого Герцога!

– Хватит, Лис… – в его голосе всё же слышу сожаление, – Почему мне не сказала?

– Вы поговорить хотите? Потому что я желанием не горю.

Он молчит и смотрит мне в спину. Я на всякий случай иду к оккупированному мной дивану.

– Я – идиот. Ты по меньшей мере раз 10 просила вернуть тебе силу, но я так боялся того, что она тебя поглотит, что стал слеп.

– То есть фразу «Я не могу рисковать» теперь толковать как заботу обо мне?

– А была другая трактовка?

– В контексте того разговора, да.

Недолгая пауза и снова тяжёлый вздох.

– Мне жаль, что тебе так плохо рядом со мной. Я не буду тебя обременять, наш брак лишь формальность.

– Лорд Блэквелл…

– Я – твой муж, называй меня по имени…

– Хорошо, тогда оставь меня в покое, Винсент, ещё раз прошу.

Он уходит, и я стою одна наедине со своими мыслями, не понимая, что больнее: когда он рядом или далеко от меня.

Какая же я непроходимая дура.

Винсент Блэквелл в последнее время стал совсем другим. Сплошная череда каких-то нелепых событий и неудач просто со всех сторон свалилась на него и медленно выматывала до предела. У него начало всё сыпаться из рук, концентрироваться было крайне сложно. Сейчас он стоял на большой летней веранде Мордвина, сплошь украшенной белыми орхидеями и свечами, которую смастерили специально для его свадьбы. Вокруг шумели гости, то и дело пожимая его руку и поздравляя со свадьбой, но всё пролетало мимо ушей. Мимо прошёл слуга, несущий поднос с напитками, и Блэквелл схватил два бокала шампанского, которые стремительно опустошал. В ушах звенело, в голове царил хаос намного хуже, чем обычно. Алиса так и не спускалась, и он не знал, как себя вести, потому что меньше всего он хотел продолжать с ней разговор после слов о ненависти. А самое странное, что теперь они даже жили вместе, поочерёдно принимали душ в одной ванной, но стали ещё дальше друг от друга.

– Поздравляю, Блэквелл! Вы – счастливчик! – сказал ему очередной Лорд N, имя которого вертелось на языке, но мозг не хотел напрягаться в поисках ненужной информации.

Вынужденной мерой было принять гостей совсем не долгожданных в лице братьев Вон Райн, Винсент выдохнул, когда Роланд в последний миг не смог приехать, но Уолтер всё же явился и не один, а с тем, кого так же сквозь зубы пришлось пустить:

– Поздравляю… – сухо сказал Алекс Вуарно, пожимая руку Герцогу, – А где Герцогиня? Хотел лично поприветствовать.