– В общем–то, да. Все началось с того, что она захотела узнать, почему я в городе, и я рассказал ей.

– Сьюзен такая болтушка, – Лидия оглянулась. – По всей видимости, у меня теперь нет от тебя секретов?

Даниэль прищурился.

– Я бы так не сказал.

Когда у Лидии перехватило дыхание, перед глазами встали образы обнаженных тел в горизонтальной плоскости на меховом ковре перед камином – как воплощение современных «Бриджертонов» [22] . Совершенно неуместно, но всегда можно поставить на паузу и досмотреть эпизод позже.

Когда Дэниэл снова сосредоточился на дороге, Лидия тоже посмотрела вперед, мимолетно коснувшись своих губ. Они дрожали, как будто он поцеловал ее.

– Извини, – сказал он.

– За что?

– За то, что сейчас происходит у меня в голове. Ты не захочешь, чтобы я вдавался в подробности, но я думаю, ты знаешь, что там творится.

Снова посмотрев в боковое окно, Лидия тихо сказала:

– Кэнди считает, что мне нужно пойти с тобой на свидание.

– Я знал, что она редкого ума женщина. Если, конечно, она не подошла к этому так, будто у тебя нет других вариантов. Я бы все равно воспользовался этой логикой, просто больше не восхищался бы ею так сильно.

Лидии пришлось рассмеяться. Но ее смех быстро затих.

– Кстати, ты прав. Меня сегодня чуть не уволили.

Он нахмурился.

– Тебя временно отстранили или что–то в этом роде?

– Нет.

– Тогда зачем была здесь эта женщина? И, кстати, я не уверен, что ей стоит приближаться к собачьей породе.

– Почему?

– Она же вылитая Круэлла де Виль. – Когда Лидия громко рассмеялась, Дэниэл широко улыбнулся. – Да брось, у нее в шкафу сто процентов есть пальто, сделанное из чего–то непозволительного.

– Должна заметить, что у тебя комедийная дисморфия.

– Что тут ответишь… – Его взгляд из–под опущенных век встретился с ее собственным. – Ты вдохновляешь меня.

Когда на лице Лидии выступил румянец, она стянула ремень безопасности с груди и поерзала.

– Ладно, скоро поворот… вот, вот здесь.

Дэниэл дернул руль и нажал на тормоза, выезжая на подъездную дорожку, затемненную аллеей кленовых деревьев. Или гипотетически затемненную, если бы деревья не были голыми. А на деле скелетообразные деревья и пустые лужайки, усеянные сухой листвой, производили зловещее впечатление.

– Куда мы идем? – спросил Дэниэл, пока машина катилась вперед на малых оборотах.

– Мне нужно... – Узнать, чем, черт возьми, занимается Питер Винн. – Послушай, я хочу знать, дома ли наш исполнительный директор.

– Тот, кто должен был меня собеседовать? Как давно он пропал?

– Посмотрим, здесь ли он. – Лидия оглянулась. – Мне следовало предупредить тебя.

– О чем? Что мы едем на место убийства? Да, этим может закончиться наше расследование. Знаешь, об этом не следует забывать.

– Это не место преступления, – пробормотала Лидия, выпрямляясь и положив руки на приборную панель.

Дэниэл ударил по газам.

– Ты в этом уверена?

Нет.

– Конечно. В Уолтерсе не убивают людей.

– Скажи это туристу, про которого писали в газетах.

– Это было не убийство.

– Значит, нападение опасного волка.

– Не смешно.

– Тогда почему ты улыбаешься?

Она снова стала серьезной.

– Почему мы вообще спорим об этом?

Они проехали мимо парных кленов, похожих на зеленых часовых, охраняющих подъездную дорожку, которая, казалось, использовалась редко, и Лидия приготовилась к… ну, она не знала, к чему. Но шестое чувство тревожно било в множество колоколов, а кожу покалывало от беспокойства.

И она была очень рада, что с ней был Дэниэл.

За последним поворотом показался переделанный дом Питера Винна. Двухэтажное строение из ярко–красных досок с белоснежной отделкой выглядело так, как будто его вытащили из картонной коробки, только что из магазина игрушек, и установили на искусственном газоне с пластиковыми лошадками, собаками и охотниками за мышами. Новенький внедорожник «Мерседес», который Лидия видела впервые, был припаркован чуть поодаль, и, если предположить, что это было свежее приобретение Питера, блестящий символ статуса ему был к лицу, хотя при его зарплате она задавалась вопросом, как он мог себе позволить новую машину. Учитывая ремонтные работы, которые Питер проводил в доме.

Может, у него были семейные деньги. Что объяснило бы все блейзеры и шерстяные брюки от «Брук Бразерс».

– Хорошее место, – сказал Дэниэл, когда они объехали круг, и он припарковал машину. – Как в журнале.

– Я просто хочу посмотреть... – Лидия открыла дверь и вышла. – Дома ли он.

Дэниэл заглушил двигатель и тоже вышел.

– Эта машина сюда не сама приехала. Либо у твоего парня нет гостей.

– Он определенно не мой, – пробормотала она.

Подойдя к лакированной дубовой двери, она оглянулась. Дэниэл осматривал территорию, его тело было расслаблено, руки спрятаны в карманах, выражение лица настороженное, но безразличное. И тогда она заметила поваленные ветки дерева. У основания заросших кустов под окнами валялись горы листвы. И три газеты в полиэтиленовых пакетах, торчавшие в почтовом ящике.