– Потому что ты чертов гений. Правильно. Я забыл.

– Это случилось со мной однажды. Я слишком увлекся и все испортил. – Массивный торс его приятеля подался вперед. – Держись в стороне, или я возьму на себя контроль. У нас нет ни времени, ни желания вытаскивать тебя из созданного тобой же бардака…

– Ты ничего не решаешь.

– Хочешь, чтобы ее убили? – Его приятель пожал плечами. – Тебя так мало заботит эта женщина? Как думаешь, что с ней будет?

– Она не та, кого мы ищем.

– Что ж, единственное, что мы с тобой знаем наверняка – нельзя усидеть на двух стульях. Она либо виновна, либо невиновна, но в любом случае, если ты продолжишь с ней связь, она погибнет.

Дэниэл посмотрел вдаль. Он спрятал оружие, которое получил вчера, но, черт возьми, так хотелось снова взять в руки глушитель.

– Займемся делом? – сказал он своему приятелю скучающим тоном. – Или продолжишь вести беседы. Ведь это так важно.

– Тебе нужно признать свои слабости, друг мой.

– А тебе нужно пойти к черту. Тебе не нравится, что я делаю, убери меня. Точнее попробуй меня убрать.

На этой ноте Дэниэл достал свой мобильный и включил фонарик. Пригнувшись, он вошел в неглубокую пещеру…

Тело исчезло.

Как идиот, он подвигал фонариком туда–сюда, на случай, если мог пропустить сто восемьдесят фунтов бездыханного трупа на земляном полу.

Он высунулся из пещеры.

– Ты уже забрал его?

– Забрал кого? – последовал ответ.

– Вот ублюдок, – тихо произнес Дэниэл.

Лидии не пришлось ехать так далеко, как она думала. Она приготовилась провести в пути час или больше. Вместо этого, чтобы добраться до места назначения потребовалось всего десять минут путешествия по сети окружных дорог вокруг горы.

И это было хорошо. Время поджимало, будто близился дедлайн. Проблема была в том, что она не знала, что именно ей следует делать, куда идти, что вручить метафорическому начальнику.

Но это был не первый раз в ее жизни, когда ей приходилось разбираться во всем в одиночку.

Закашлявшись в сотый раз – и вспомнив о Дэниэле – Лидия не могла понять, как Кэнди выживала в этой машине. Внутри царила жуткая солянка из ароматов, она словно вдыхала торт Фунфетти, каждый глоток воздуха ощущался как упаковка пластмассовых фруктов.

К слову о потере обоняния…

И тогда показалась каменная стена. Из–за поворота, из ниоткуда возник барьер высотой в пятнадцать футов. Камни, плотно уложенные друг на друга и скрепленные раствором, были серыми, кремовыми и румяно–розовыми, а цемент, удерживающий конструкцию, имел цвет выцветшего тумана. На вид забор был толстым, и построили его совсем недавно – о чем говорило отсутствие мха и лишайников.

Через милю показались запертые ворота. Они были величественными, из кованного черного железа, поднимавшегося к вершине в форме причудливого завитка, и были разделены на две створки, которые разъезжались в стороны и открывали доступ на территорию.

Подъехав к ним на машине Кэнди, Лидия остановилась у клавиатуры с динамиком. Опуская окно, она подумала, что…

Камера была прикреплена к стене, объектив направлен на Лидию. Она едва не помахала рукой.

По крайней мере, я уверена, что попала в нужное место, подумала Лидия, протягивая руку и нажимая на значок телефона.

Прежде чем она коснулась кнопки вызова, раздался лязг, а затем жужжание, ворота открылись, как будто ее приезда ждали. Хотя это было не так. Лидия взглянула в зеркало заднего вида. За ней никого не было.

Именно поэтому она и приехала.

Нажав на газ, она миновала заграждение, свернув на свежевымощенную дорожку, скованную по бокам парными живыми изгородями, такими высокими и плотными, что сквозь них ничего не было видно: Лидия находилась в вечнозеленом туннеле, и она надеялась, что есть еще один путь в и из поместья. Если ей на встречу вырулит грузовик из службы доставки, придется пятиться задом…

Туннель кончился через пятьдесят ярдов, а лужайки была такой большой и холмистой, словно Лидия выехала на поле для гольфа. А потом она увидела дом. Или… это больше напоминало замок, американский замок, сделанный из того же камня, что и стена на дороге.

Господи, особняк был огромен, в три или четыре этажа, с передним фасадом, который казался больше всего Уолтерса.

Асфальтированная подъездная дорожка уходила в легкий поворот перед домом, огибая крытый вход, который выглядел так, как будто с обеих сторон должны были находиться по паре солдат.