Именно тогда Тамаре в голову пришла мысль найти в сети профиль незнакомца с запоминающейся фамилией. Вбив данные и поискав несколько минут, она нашла единственную подходящую страницу: «Роман Тварин, 17 лет». Ни фотографии в профиле, ни единой записи на стене. Зато в такое позднее время он по какой-то причине был онлайн.

«Чего не спишь?» – напечатала ему Тамара вместо приветствия.

Ей почему-то стало весело от того, что он может даже не догадаться, кто она такая, и всполошится.

В ногах её, поворочавшись, устроился тёплой мохнатой тяжестью кот Мята.

«Ты кто вообще?» – «вибранул» телефон сообщением. Затем ещё двумя:

«А, погоди… Допёр, кажется».

«Ты та чокнутая хромая? Как ты меня нашла?»

Тамара слегка сморщила переносицу: слишком быстро её раскрыли. Может, по имени. А может, – по фотографии в профиле.

«У меня имя есть. Грубиян».

Рома перестал отвечать, так что она снова написала:

«Так чего не спишь-то?»

«Сначала скажи, как ты меня нашла».

«У нас в городе только ты один с такими именем и фамилией. Было несложно. Теперь твоя очередь».

«Хочу и не сплю».

«Может быть, не хочешь – и не спишь?».

Рома снова не ответил. Но Тамара была настойчива, потому что быть такой ей нравилось.

«Ты снова Звезду Народов пилить решил?».

После этого сообщения мигающая надпись «печатает…» по какой-то причине выглядела особенно зловеще. И как-то загадочно.

«А если решил – то тебе-то что?»

«Просто спросила».

Пока он отвечал, Тамара щёлкнула на «добавить в друзья».

«Почему ты вообще написала?» – спросил он через какое-то время.

Тамара решила ответить честно:

«Да сама не знаю. Может, решила, что ты хороший человек».

«Ну тут ты явно ошиблась адресом».

«Не считаешь себя хорошим?»

«Хороший человек книги жечь не станет».

«А я думаю, у тебя была веская причина. Это, конечно, не очень хорошо, но… Не знаю».

Тамара подумала про Егора.

«Наверное, на твоём месте… Я поступила бы так же».

Рома ничего не писал примерно минуты две. Затем от него пришло:

«Ты когда-нибудь убивала животных?»

«Нет, никогда. Один раз таракана раздавила… Но мне не жаль».

«Я как-то раз в детстве отравил бродячую кошку».

«Почему?».

«Хотел посмотреть, как она умрёт. Но когда увидел – было поздно. Всё это произошло на глазах какой-то старухи, которая разболтала моей семье… Короче, я после этого оправдал свою фамилию».

Тамара тяжело вздохнула: ей стало жаль и кошку, и Рому. Непонятно, почему. Она посмотрела в потолок, а на телефон продолжили приходить сообщения:

«Так что потом я пса отравил. Специально. Мышьяком. Добрый был пёс, хороший».

«Это ужасно», – напечатала Тамара. Ей стало тяжело от такого разговора.

Рома ответил:

«Ага. И какой я после этого хороший человек?».

Какое-то время Тамара глядела в экран, остановив пальцы над клавишами телефона.

«Зачем ты это делал?».

«Ну раз я Тварин. То и должен вести себя, как тварь. Тем более, если все меня таким считают…».

«Глупость какая. Ты не должен».

«Так во мне точно никто не разочаруется», – пришёл ответ. А затем:

«Шла бы ты спать, хромая. Что зря воздух-то сотрясать».

«Помнишь, когда пошёл снег?» – напечатала Тамара.

«?»

«Ну мы с тобой стояли и снег пошёл…».

«Ну и что?».

«Ты тогда ничего не почувствовал?»