Яшмовый лис, чье здоровье было уже в красной зоне, понял, что против этих двоих ему не устоять, и вновь попытался было сбежать. Но не успел. Жир скастовал свой коронный удар, и девять стальных зубьев пробили дядюшку насквозь, приколов его к земле как булавка бабочку. Из пробитых свином отверстий вылетела грешная дядюшкина душа и отправилась на перерождение. А тело… Тело ожидаемо обернулось мертвым девятихвостым лисом.

Увидев смерть своего вожака, уцелевшие обитатели Усть-Бряни порскнули в разные стороны, как тараканы при включившемся свете. Хмыкнув им вслед, свин и сом поспешили на помощь обезьяну.

Едва бой продолжился в формате «трое на одного», опытный Алтан Унэгэн сразу понял, что против троих у него нет даже теоретических шансов, а низкоуровневые воины ему не помогут. Лис скрестил руки, останавливая поединок, потом развел их в стороны и разжал пальцы. Семизвездный меч устремился вниз и воткнулся в землю.

– У меня будет просьба, – сказал оставшийся безоружным лис. – Вы выиграли. Мы проиграли. Позвольте мне отпустить людей моего клана. В убийстве этих низкоуровневых воинов нет доблести для вас.

– Я не против, – разрешил Псих, а Жир и Тот согласно кивнули.

– Воины мои, – сказал тогда Золотой лис, повернувшись к уцелевшим обитателям трех Бряней. – Все кончено. Мы проиграли эту войну. Идите домой. Прощайте. Может быть, вам повезет, и ваши новые вожди будут удачливее нас.

После этого старший брат повернулся к Психу и сказал:

– Все, я готов. Если это возможно, я хотел бы умереть той же смертью, что и мой брат. У тебя должен еще остаться графин.

Псих помедлил секунду, потом кивнул:

– Хорошо, лис, я выполню твою просьбу.

Обезьян вытащил из пространственного кармана артефакт, выдернул стеклянную пробку и перевернул сосуд горлышком вниз:

– Иди, Алтан Унэгэн, и умри!

– Я иду, – просто сказал лис и исчез, втянувшись дымом в графин.

К чести лисов – никто из них не убежал сразу. Все дождались смерти своего лидера и только после исчезновения Золотого лиса начали потихоньку расходиться.

Псих неспешно подошел и выдернул из земли меч Семи звезд – последний лисий артефакт.

– Комплект. – сказал он. – Вот теперь действительно все. Кончилось кино.

Победители вернулись во дворец, и начали собирать вещи. Приключение закончилось, а Москва ждать не будет.

– Есть еще одно дело, – неожиданно сказал Псих. – Подождите меня здесь, я постараюсь недолго.

– А что случилось? – встревожился Четвертый.

– Да пока ничего, но дожидаться, пока случиться, почему-то не хочется. Кипящие чайники надо убивать, пока они маленькие. – путано объяснил обезьян.

– Да ты не мути, ты толком скажи, – влез в разговор свин. – А еще лучше – пальцем покажи, мне, дураку, понятнее будет, кого бить.

– Да там все мутно пока, я потому и не хотел говорить, – признался Псих. – В общем, если коротко, в разговоре братьев-лисов однажды всплыло имя Гуа. Причем не просто так, а в очень интересном контексте – вроде как именно она подогнала им артефакты. Поэтому имею я теперь подозрение, что нас, уважаемые товарищи, используют втемную. Причем в то самое место и пользуют. В общем, хочу я к одной старой приятельнице сходить и несколько неприятных вопросов ей задать. И очень мне интересно, какие такие откровения я от нее в ответ услышу.

Псих посмотрел на встревоженные лица товарищей и ухмыльнулся:

– На самом деле вы пока себя особо не накручивайте. Это пока только подозрения. Подозрения к делу не пришьешь. Думать, что нам делать мы будем тогда, когда подозрения подтвердятся.

– Все равно, – поежился Четвертый. – Неприятно как-то.

– А ты, малой, как думал? Родной, мы в поле, причем с очень серьезным заданием, – неожиданно встрял свин. – А в поле надо бояться не только чужих, но и своих тоже. Слив со стороны куратора – самое поганое, что только может случиться с агентом. К сожалению, такое бывает, и бывает нередко. У штабных всегда есть серьезные резоны и высшие интересы, а у тех, кто «в поле» всегда есть риск, что их продадут. Или ими откупятся. Или назначат их «меньшим злом». Так было, так есть и так будет всегда. Никогда не верь тем, кто наверху. Никогда не верь тем, кто ниже. Верить можно только тем, кто рядом. Потому что с ними ты в одной лодке и топить вас, если что, будут всех вместе. Как котят в мешке.

– Ладно, хватит вам! – оборвал разговоры Псих. – Пока это все гадалки и придумки. Когда вернусь – тогда и будут отгадки.

Обезьян подвесил фиолетовый портал и с места прыгнул в него.

Где-то в Верхних Планах

На сей раз появление Психа в берлоге Гуа больше всего напоминало визит к начальству. Красавица сидела за рабочим столом и с большим интересом изучала информацию на мониторе.

Когда обезьян мягко спрыгнул на ковер, она достаточно миролюбиво произнесла: