В ночи я покидала комнатушку в таверне и шла в лес. Я искала. Искала и находила созданий тьмы, а потом четким движением меча разрубала их пополам. Тело суртура моментально разлетается брызгами пепла и подгоняемое ветром уносится прочь, словно его вовсе никогда и не было. Тогда я нашла всего семь суртуров и мне посчастливилось найти их по одному. Не знаю, смогу ли справиться с несколькими сразу. Но будучи частым посетителем таверн и постоялых дворов, я слышала немало рассказов очевидцев, что суртуров стало намного больше, чем алую луну назад.

Именно во время поиска тварей проснулся мой дар владения мечом, я этому никогда не обучалась, подгоняемая глупыми мыслями, голодом и заботой о Нефел, я дала слово на поимку и убийство суртуров. Я была совершенно наивной. Думала, что моё нутро охотника всё сделает за меня. Не зря же вокруг нас ходит столько жутких слухов. И отчасти я оказалась права. Как только в ночи меч оказался у меня в руках, и я почуяла первого суртура, мои пальцы на рукояти сами собой правильно перехватили оружие, а дальше я почувствовала, как я и меч сливаемся воедино, и понеслось… я словно в танце сражалась с первым суртуром. Я не боялась. Я ликовала от силы и мощи, которая исходила из меня. Убив первую тварь, я посмотрела на себя другими глазами – я больше не была слабой. Вовсе нет. Я стала более уверенной и бесстрашной.

Это был первый раз, когда я почувствовала себя особенной, ведь любому другому понадобились бы годы, чтобы научиться владеть мечом с такой сноровкой. К сожалению, этот трюк не проходит с остальным оружием, луком я до сих пор владею слабо, ножами намного лучше, но это результат тренировок самой с собой.

Когда Салли начинает сбиваться с шага, останавливаю её и спрыгиваю.

– Отдохни. – говорю ей и подхожу к небольшому валуну, сажусь и под урчание желудка, открываю седельную сумку с едой. Практически ничего не осталось. Морщусь от досады и достаю совсем невкусные старые коренья. Поев и выпив воды, наблюдаю за Салли, которая недвижимо стоит на месте, единственное, что привлекает моё внимание, то, как она дышит. Её лоснящиеся бока поднимаются и опадают, это нормально после такой долгой и быстрой езды, но вот её ноздри, которые раздуваются так, словно она принюхивается к чему-то…

К тому, чего я не замечаю.

Инстинктам Салли я доверяю даже больше, чем своим. Откладываю сумку, медленно поднимаюсь на ноги и подхожу к ней.

– Что ты учуяла? – я всегда с ней разговариваю, как с человеком… Лучше, чем с любым человеком, не считая Нефел. И боюсь, что когда-нибудь она ответит мне. Быстро возвращаюсь за сумкой, перекидываю её через спину Салли и взбираюсь на неё сама. – Идем, только медленно. – шепчу и напряженно вглядываюсь в пространство передо мной.

Иногда мне кажется, что Салли понимает меня ещё до того, как я что-то скажу или сделаю. Даже с Нефел у меня нет такого взаимопонимания.

Проезжаем между высокими деревьями. Углубляемся в густой лес. Становится темнее и темнее, пышные кроны закрывают нас от солнечных лучей.

Внутри, в районе груди созревает тёмное предчувствие. Оно медленно распространяется по телу и передается Салли. Она начинает тихо ржать и встряхивать головой.

– Тихо. – прошу её я, но она только больше волнуется.

Здесь кто-то есть.

Мы не одни.

Отпускаю поводья и быстро, но бесшумно перехватываю лук, достаю стрелу и, туго натянув тетиву, слышу спереди.

– Я бы… не советовал.

Голос холодный и грубый. Мужской и самоуверенный.

Ещё сильнее натягиваю тетиву, направляю стрелу в сторону голоса и разжимаю пальцы. Стрела летит и пропадает в тени между деревьями. Тут же достаю следующую и слышу:

– Ты промахнулась.

Натягивая тетиву вновь, бросаю в ответ:

– Выйди на свет, и посмотрим, промахнусь я или нет.

Ненавижу самоуверенных мужчин.

– Промахнешься. – с насмешкой говорит он. – Или я просто поймаю её.

Стискиваю зубы и отправляю вторую стрелу в полет. Лови.

– Расточительно. – говорит голос.

И следом за сказанным из-за огромного по толщине дерева выходит мужчина, я сразу понимаю, что это не человек. В нем прослеживается кровная линия равков. Высокий, статный с надменным взглядом желтых глаз.

– Ты неправильно расставляешь локти, вот твои стрелы и летят туда, куда захотят.

Я что, просила совета? Не припоминаю.

– Что тебе нужно? – спрашиваю я.

– Ты, охотница, на моих землях, не хотелось бы мне, но я должен тебя прогнать. – его губы расползаются в улыбке, и я вижу острие его клыков. Кровь, что течет в нём, не сильно разбавлена, значит, он силен, да и магии в нём хоть отбавляй. Это плохо.

– Я иду в Темные земли. – говорю я.

– Не идешь.

– До конца пограничных земель ещё далеко. – я в этом уверена, значит я ещё на безопасной территории, которой никто не правит. И здесь этот равк мне не указ.

Все знают, что каждое государство держится отстраненно. Отношения между королями и королевами всегда натянуты, это пошло ещё от первых существ, но пограничные земли всегда были свободными, дабы между государствами пролегала неприкосновенная земля, на которой могут встречаться торговцы и знать.