— А это значит, что нам придется внести большие изменения в наши планы на будущее.

Миядзаки Сакура слегка прищурилась, глядя На Ким У-чина, который продолжал говорить, не заботясь о том, что прервал ее слова.

— Какие у вас планы на будущее?

Она прямо задала этот вопрос, не пытаясь скрыть его.

— Моей целью всегда было зачищать подземелья, которые никто другой зачистить не смог.

Это была довольно стереотипная цель, которую можно было услышать от любого горячего мужчины.

Однако эти слова казались более весомыми, когда их произносил Исаак Иванов.

"Он сумасшедший".

Миядзаки Сакура также смогла уловить от Исаака Иванова проблеск безумия, которое было не так легко истолковать.

Столкнувшись с этим безумием, она сказала:

— Как удачно. Я думаю, что эта встреча была действительно стоящей.

— Стоящей?

— Исаак Иванов, мы хотели бы помочь вам достичь этой цели.

Услышав это предложение, Ким У-чин спросил:

— Как Пак Ён-ван?

Миядзаки Сакура рассмеялась над этим вопросом.

— Пак Ён-ван — величайший игрок Гильдии Феникса. Но он все еще не может надеяться сравниться со Святым Мечом.

Это было прямое заявление.

В обычных ситуациях такая прямота может показаться оскорбительной или привести к проблемам.

Но в тот момент Миядзаки Сакура была уверена.

"Исаак Иванов из тех, кого интересуют только подземелья. Я уверена, что он выберет то, что наиболее выгодно для зачистки подземелья".

Она знала, что против таких типов, как Исаак Иванов, такая прямота была лучшей стратегией.

— Простите за вторжение.

Затем дверь открылась, и оттуда занесли еду.

Огромное количество суши было искусно выложено на большое блюдо.

Это было зрелище, которое было почти невозможно увидеть в таком высококлассном суши-ресторане, где подавали больше на вкус.

Конечно, это было не потому, что шеф-повар решил сделать так много суши самостоятельно.

— Вы сказали, что ваш товарищ по команде большой любитель поесть, поэтому я заказала много.

И все это было сделано только после того, как заставили шеф-повара суши отложить свою гордость в сторону в попытке заполнить большой желудок.

Это был результат, который никогда нельзя было купить за деньги.

— Я могу с гордостью сказать, что это лучшее суши, которое вы когда-либо пробовали в этом мире.

Когда еду принесли к столу, Миядзаки Сакура с гордостью начала представлять блюда.

— Это не то, с чем когда-либо могла бы сравниться Корея.

Именно в этот момент.

Бах!

Ли Чин-а, стоявший рядом с Ким У-чином, ударил кулаком по тарелке с суши.

Суши и стол были разбиты вдребезги.

В то же время Ли Чин-а громко крикнул Ким У-чину по-русски:

— Иванов! У-чин умер не за это! Если это то, что ты хочешь сделать, я лучше пойду в Гильдию Мессии!

Сказав это, Ли Чин-а вышел из разгромленной комнаты.

Выражение лица Миядзаки Сакуры немного застыло.

С другой стороны заговорил Ким У-чин.

— Он считает, что смерть Ким У-чина была его виной. В то же время он все еще испытывает некоторую враждебность по отношению к Японии. Вот почему я не могу принять ваше предложение.

Как только он произнес эти слова, Ким У-чин встал.

— Прошу прощения за причиненные неудобства.

Из наушника в ухе Миядзаки Сакуры раздался звук, когда он слегка наклонил голову и вышел из комнаты.

— Я все слышал.

Это был голос Святого Меча, который слушал разговор через подслушивающее оборудование.

— Да.

— Я думаю, что лучше сначала выбрать товарища по команде, а потом уже Исаака Иванова.

— Да.

— Это возможно?

— Мы должны это выяснить. Но вы действительно хотите завербовать их?

— А ты как думаешь?

Миядзаки Сакура ответила на этот вопрос без колебаний.

— Есть люди, которые готовы атаковать подземелья, которые никто не смог зачистить раньше. Я думаю, что их полезность бесконечна. Должно быть, именно поэтому такой человек, как Пак Ён-ван, был готов вложить в них так много.

На мгновение воцарилась тишина.

— Что тебе нужно? — после тишины снова послышался голос Святого Меча.