Шрифт:
Глава двадцать вторая
Дэвид Холден с «Патриотами» прибыл на запасную базу, расположенную на окраине Метроу в заброшенном здании, которое двадцать лет назад использовалось в качестве местной тюрьмы. Вокруг него они поставили несколько больших армейских палаток, в одной из которых и сидели теперь Дэвид с Рози, занимаясь чисткой оружия.
Они больше никому не сказали о встрече с Рудольфом Серильей и Лютером Стилом, согласившись с ними, что чем меньше людей будет знать о союзе между ФБР и «Патриотами», тем лучше. Тем более, что союз был пока довольно неясным и Холден пока сомневался в его эффективности.
– О чем ты думаешь? – спросила его Шеперд.
– Обо всем понемножку.
– И обо мне?
– Нет, о тебе я не думал.
Она обиженно надулась и отвернулась от него. Дэвид рассмеялся.
– Я хотел сказать, что думаю о наших делах – о Серилье, Стиле и тому подобном. Моя голова была занята этим, поэтому я и не думал о тебе.
– Если я не имею отношения к делу, тогда к чему же я отношусь? К удовольствию?
Холден потянулся к ней, обнял, привлек к себе и поцеловал.
– Конечно, к удовольствию, – прошептал он ей на ушко.
– Ах, вот как, – прошептала Рози, поглаживая его грудь. – Но ведь женщины – тоже личности, а не просто объекты сексуальных домогательств… Впрочем, я могу предложить тебе сделку.
– Да? Какую сделку?
– Я буду твоим сексуальным объектом, – засмеялась она, – если ты будешь моим. Договорились?
Он шутливо повалил ее на пол.
– Конечно договорились.
– Только пообещай, что это навсегда, на всю жизнь.
– Обещаю.
И они слились в жарком поцелуе, одновременно расстегивая одежду друг на друге…
Глава двадцать третья
Маленькую девочку – младше, чем его дети – не просто убили. Ей всадили в живот нож и выпустили наружу кишки.
– О Боже мой, – прошептал замерший рядом со Стилом Кларк Петровски. Он зажал рот рукой и выбежал из комнаты.
– Да, когда убивают ребенка, это совсем не похоже на убийство взрослого, – сказал подошедший к ним судмедэксперт, которого Лютеру приходилось встречать все чаще и чаще. – К тому же, похоже на то, что бедную девочку еще и изнасиловали. Проклятые сволочи…
Стил горестно смотрел на маленький труп, стараясь запечатлеть образ невинной жертвы на всю жизнь, чтобы не уставать мстить за нее.
Ральф Камински так и не появился на месте совершенного преступления, что показалось Лютеру очень подозрительным.
Специалисты тем временем снимали отпечатки пальцев с дверных ручек, мебели и с телевизора, который остался включенным с прошлого вечера.
Девочку подняли с залитого кровью ковра, положили в мешок, застегнули его и унесли к стоящим снаружи дома машинам «Скорой помощи», куда перед этим погрузили трупы ее родителей.
В дверях появился Кларк.
– Шеф, – подошел он к Стилу. – Поступило сообщение о таком же зверском убийстве еще одной семьи, в миле отсюда. Поехали, здесь мы уже ничем не поможем…
Билл Раннингдир и Том Лефлер уже были на месте второго убийства, когда туда приехали Стил и Петровски. А перед тем, как они вышли из машины, на полицейской волне прозвучало сообщение о третьем преступлении.
– Не заходите в дом, – встал на крыльце Лефлер, но Стил прошагал мимо него. – Они заплатят за это, клянусь!
Лютер и Кларк прошли прихожую, в которой стояли два побледневших полицейских. Они показали им свои удостоверения ФБР, и те лишь кивнули, не в состоянии вымолвить ни слова.
Тела лежали во всех комнатах.
Шесть жертв.
Женщина с разрубленным черепом.
Рядом с ней на полу – мертвый мальчик лет шести.
В углу одной из комнат сидела в кресле старуха с перерезанным горлом, в залитом кровью платье.
Подросток с простреленной грудью.
Две девочки лет десяти, двойняшки, с пулевыми отверстиями в головах. Даже после смерти они остались неразличимо похожими друг на друга.
Было и седьмое тельце – убитой собачонки.
Лютер наклонился над мертвым животным и заметил в уголке оскаленной пасти кусочек материи «Лучше бы это был кусок мяса из горла одного из бездушных убийц», – подумал он, едва сдерживая слезы.
Глава двадцать четвертая
В Метроу был радиорепортер по имени Лем Пэрриш. В детстве – как Петровски рассказал Стилу – он мечтал работать в органах безопасности и читал все подряд об Эллиоте Нессе, Мелвине Первисе, Эдгаре Гувере, засматривался старыми фильмами Джимми Кегни.