Было десять часов вечера. Как сказала Синди Браун, вертолет улетал за иностранцами не раньше одиннадцати, чаще всего ближе к полуночи.

Сделав беглый осмотр вертолетной площадки, они вернулись к гостинице, Синди предложила Дэвиду зайти к ней в гости, но он пообещал сделать это позже. Вместо этого он попросил ее объяснить, где можно раздобыть какие-нибудь инструменты, которые годились бы для того, чтобы открыть запертые двери.

Браун также подробно рассказала ему, где поселяют тех гостей, которых привозят на вертолете. Их размещали в северном крыле гостиницы, на втором этаже. В эту часть здания обычных отдыхающих не пускали. По словам Синди, там был отдельный бар и свои служебные помещения.

Забраться в мастерскую, путь к которой указала Браун, не составило труда. При помощи заранее припасенного фонарика Холден обзавелся всеми инструментами, которые ему могли вскоре пригодиться. Бросив их в подвернувшуюся сумку, он покинул мастерскую и стал осторожно пробираться к северному крылу.

В этом месте стену гостиницы закрывал густой плющ, который тянулся вверх по декоративной деревянной решетке. Дэвид попробовал ее на прочность. Она немного просела под его весом, но выдержала. Он привязал сумку с инструментами к поясу и начал взбираться по шаткой конструкции к одному из балконов второго этажа. Вскарабкавшись наверх, Холден подтянулся на витом ограждении балкона и мягко перепрыгнул на него. Комната, выходящая на балкон, была ярко освещена. Холден подкрался к двери и осторожно заглянул внутрь через щель в портьере. Горит свет, работает телевизор, но в номере никого не видно.

Дэвид отполз в сторону, взобрался на ограждение и перепрыгнул на другой балкон. Та же картина – горит свет, работает телевизор, но людей не видно.

Он перебрался на третий балкон. То же, что и в первых двух номерах.

Холден покопался в сумке и вытащил из нее небольшой, но удобный ломик. Опыта во взламывании дверей ему явно не хватало – он ведь в свое время учился совсем не этому – и лишь промучившись и попыхтев довольно долго, ему удалось отжать замок и приоткрыть дверь.

Он схватил сумку левой, а в правой зажал лом, приготовившись в случае необходимости применить его как холодное оружие. Локтем толкнул дверь и шагнул в номер.

Он состоял из спальни, небольшой гостиной и ванной. Пусто, нигде никого, но Дэвиду бросилось в глаза, что в ванной был приготовлен полный набор – шампунь, кондиционер, флакон одеколона, баллончик с пеной для бритья, бритвенный станок, пачка лезвий и дезодорант. Все в упаковке, ничем еще не пользовались.

На столике в гостиной стояла бутылка виски и бутылка красного вина, гоже неоткупоренные.

Холден перешел в спальню и заглянул в шкаф. Чемодан, дорожная сумка и атташе-кейс. Внутри – ничего, кроме чистого блокнота и двух дешевых ручек и карандаша в футляре.

Он покинул номер тем же путем, что и проник в него, – через балконную дверь, не забыв прихватить свой инструментарий. Перепрыгнул на следующий балкон. Та же история – свет, телевизор и никого. На этот раз открыть дверь удалось быстрее. Дэвид забрался внутрь, убедился, что жильцов внутри нет, – и зашел в ванную. Тот же набор предметов личной гигиены, в таком же нетронутом состоянии. В гостиной бутылок со спиртным не оказалось, вместо них стояла содовая вода. Номер для непьющего?

В шкафу оказались те же предметы – чемодан, сумка и кейс с теми же письменными принадлежностями. Вероятно, Чарли Ланг закупал все это оптом, получая при этом немалую скидку.

Дэвид вышел на балкон и посмотрел на часы. Есть время проверить еще один номер. На этот раз он сумел открыть дверь так легко, что решил попробовать себя когда-нибудь в будущем в роли квартирного вора. Внутри все было так же, как и в предыдущих номерах. Только в гостиной для будущего гостя была приготовлена бутылка дорогого темного рома и несколько баночек «кока-колы». Наверное, тот отличался изысканным вкусом.

Теперь Холден решил не возвращаться на балкон. Он отпер изнутри входную дверь, вышел в коридор и заметил по щелям под дверьми всех номеров, что свет горит в каждом из них. И можно было расслышать, как из них доносится бубнение телевизоров.

Дэвид дошел до конца коридора северного крыла и заглянул в расположенный там бар. На витрине стояла именно та марка виски, которую он видел в одном из номеров.

Он незаметно опустил сумку с инструментами за спинку одного из диванов в коридоре и поторопился покинуть северное крыло.

Была почти четверть двенадцатого…

Боль в мочевом пузыре прошла, но спину продолжало ломить и Рози совсем перестала чувствовать пальцы рук и ног. Она уже стала молиться о том, чтобы побыстрее наступила полночь и освободила от мучений, коль ничто другое ей уже не поможет. Если Дэвид не заметил ее отсутствия сегодня вечером и хватится только завтра утром, то к тому времени…

Она закрыла глаза, пытаясь справиться с подступившей к горлу тошнотой. Слез больше не осталось…

Дом Реджинальда Гастингса находился на северной окраине Чикаго, в фешенебельном районе, и представлял из себя шикарный особняк.

– Соседняя вилла принадлежит известному банкиру, – произнес Рокки Сэдлер. – Полтора года назад я выполнял для него одно поручение.

Они припарковали арендованный автомобиль у съезда с автотрассы, ведущего к особняку. Лютер подумал, что времени на принятие решения у них в обрез, так как их остановка в таком месте привлечет внимание первой же патрульной полицейской машины. Здесь, в районе, где жили богатые бизнесмены и финансисты, не было разрушений, которые стали характерной приметой Метроу, и вообще тут не верилось в существование террористов из «Фронта».