— Твоя жена сосет у легиона! Твоя дочь уже в борделе! Я вчера спустил в неё шесть раз!

Шаддинцы начали движение в сторону моего отряда. Одиннадцать на девять. Скорее на восемь, так как от Ангре толку не много. Я приказал ему спешиться и… Он не подчинился! Круто. Возникло даже желание приказать Гану стащить белобрысого варвара с коня, но враг уже наступал. Ладно. Хрен с Ангре. После разберемся.

Военнопленные наступали линией. У них были представления о строевой. Дротики они перенесли стойко. Лишь один из них получил серьёзную рану. Остальное приняли щиты. Хуже того. С десяти метров каждый из шаддинцев метнул по короткому копью. Кажется, что мои выдержали, но несколько снарядов застряло в щитах.

Пара шаддинцев бросили свои щиты, отягощенные дротиками, взяв копья в обе руки.

За первые несколько мгновений боя стало ясно, что надо немедленно ломать их строй. Иначе финиш. Ловкие и работающие слаженно копьеносцы, осыпали моих бойцов градом уколов. Круглые щиты гладиаторов не могли создать надёжного заслона. Шаддинцы работали грамотно. Вот гладиатор отражает один удар, а ему в тот же момент наносит рану другой копейщик.

Надо было давить, но враг разрывал дистанцию. Они хорошо прикрывали друг друга. За первые несколько секунд боя: один/один. Размен для нас невыгодный.

Ситуацию спас Ган Тарион. Я дал ему приказ переть вперед, как и остальным. Но он не просто атаковал, а сделал слом вражеского строя. Первый раз видел такое. Надо запомнить. Пригодится на будущее.

Закрываясь своим большим щитом, он вломился в ряды неприятеля. Буквально побежал на них. Причем он никого не убил, но подарил несколько драгоценных мгновений. Копья врага в центре перестали работать. Их ряд пришел замешательство.

«Вперёд, бей их!» — я посылал приказ воспользоваться шансом. Соседние с Ганом бойцы ринулись вперёд. Даже раненая Касс. Теперь длина копий играла против шаддинцев. Их истребляли во множестве. Однако итог боя был… не самым приятным.

Минус трое из девяти. Один мертв и двое выбыли по серьезным ранам. Касс, Ган и тот ауксиларий пока в строю, но Касс ранена, Ган вымотан. Он воевал за троих, а его агрессивный натиск жрал много сил.

Песок на арене меняют и грёбаный Стилион толкает новую речь.

— Что ж… Они показали свое умение побежать разбойников и мятежников. Этого достаточно для солдат.

Достаточно. Ещё как достаточно. Хоре, сука. Стоп бой. Даже я уже устал.

— Но они претендуют на роль героев нашего стратега! А что должно делать герою? Побеждать чудовищ! Выпускайте тварь!

Ладно. Соберись. Это лишь одна здоровенная гнилая корова. Надо справиться. Надо выстоять.

Двери раскрылись. Толпа на трибунах замерла. Горгон медленно, будто лениво вышел на арену.

— Боги, что за мерзость… — вздохнула одна из дам, закрыв веером лицо. Другие откупорили пахучие масла.

При свете дня и с высоты трибун горгон не казался таким ужасающим как в темнице. Отвратный — да. Толстое раздутое тело, склизская кожа с клоками шерсти и волдырями. Мерзость. Так и хотелось взяться за огнемет.

«Уничтожьте эту тварь». — приказывал я. — «Проткните копьями, но трогать не советую».

Хотя и теряя постоянно мораль, но бойцы начали исполнять приказ. Похоже на меня устрашающий взгляд твари не работал. Защищал режим стратегии. А вот мораль воинов постоянно тревожно вспыхивала.

Первым начал действовать гладиатор с копьём. Смерть его была ужасна. Чудовище, ощутив укол, мотнуло башкой с неожиданной скоростью. Струя желчи, грязно-зеленых брызг и клубы зловонного пара вырывались из пасти. Все это угодило в Т-образный вырез на шлеме. Гладиатор упал, исходясь воплем. А кошмарный бык одним внезапно быстрым движением подкинул его метров на пять. Тело рухнуло, звеня металлом.

«Наш герой погиб». — объявил голос в моей голове. Значит это один из гладиаторов, которого я в герои перевел. Плохо.

На дротики тварь внимания не обратила от слова совсем. Горгон перешел в атаку. Теперь он двигался заметно резче. Следующую жертву настиг уже через секунд пять. Схема та же: поток кислоты и удар рогами.

«Наш герой погиб».

Я ведь выбирал бойцов с лучшими статами в герои. Проклятье. Мораль у всех, даже у Гана падает катастрофически. Бык носится по арене, круша и извергая кислоту.

И что я тут могу сделать? И мог ли подготовиться лучше?

Как там в классике: Думаешь, что тебе выпало 18 карат невезения? Да нет, просто игра была нечестной с самого начала.

Я вышел из стратегии. Созерцать гибель своего отряда желания не было. Проклятье…

— Не герои они. Не герои… — усмехнулся Стилион.

Мне вдруг адски захотелось ему вмазать, а ещё лучше скинуть на арену. Может, им чудище само отравится.

И вдруг толпа взорвалась оглушительным воплем. Я тут же вернул взгляд на арену. Все происходило как в замедленной съёмке. Агнре несся на чудище с копьём подмышкой. Всадник поднялся на стременах. Таранный кавалерийский удар. Лошадь его разогналась, а варвар орал что-то в момент решающий все.