Мита понятливо покивала и отсоединилась — скорее бронировать вожделенный номер. Но мою руку Ростислав так и не выпустил, как-то тихо и ненавязчиво массируя середину ладони, и я вдруг осознала, что все это время была ужасно напряжена.

Регистраторша перебрасывала в хранилище файл за файлом. Небыстрый процесс дублировался на обзорном экране над конторкой, и я провожала взглядом каждый документ.

Справка о бесплодии. Квитанция об оплате госпошлины. Ещё одна. Свидетельство о браке. Заверенное сразу двумя подписями заявление о согласии между супругами в вопросе усыновления. Справки о доходах. Судебное постановление. Копия аудиозаписи разговора с Фаей — я невольно поморщилась, вспомнив, насколько тяжёлым и неприятным он был. Заявка на запретительный ордер — я не хотела через несколько лет обнаружить у себя на пороге тетю Алию, яростно и бескомпромиссно желающую внукам добра.

И, наконец, медицинские записи Фаи. На УЗИ ещё ничего не понятно, но заключение врача однозначно: двойня, развитие в соответствии со сроком, предварительная дата родов — через тридцать одну неделю.

— Готово, — недовольно озвучила регистраторша и обменяла все мои файлы на один-единственный: направление на курсы воспитательной работы. — Вы должны получить сертификат до предполагаемой даты родов, в противном случае ребенок будет изъят. Вернуть его можно будет только при предъявлении допуска к воспитательной работе, после оплаты пошлины за содержание в детском доме. Удачи, — пожелала она таким тоном, будто эту удачу я отбирала у нее самой.

Но я едва обратила на это внимание. Ростиславу пришлось за руку увести меня от конторки, потому что сама я стояла в глубокой прострации — с этим направлением в облачном хранилище, где вроде бы только-только появилось свидетельство о браке и так долго не было больше ничего.

А теперь вот… двойня. У меня. С самого рождения, когда они ещё такие маленькие и беззащитные, что даже дышать рядом страшно!..

— Я буду мамой, — как-то неуверенно и удивлённо сказала я, остановившись на крыльце регистрационного зала. Мне было нужно попробовать эти слова на вкус.

Я не была уверена, что когда-нибудь они перестанут казаться такими невероятными.

— Будешь, — многообещающе согласился Ростислав и легонько провел пальцем по кольцу на моей руке. — А я буду папой. И на правах счастливого отца ответственно заявляю, что моему сыну нужен квадрокоптер.

— С чего ты взял, что там всенепременно будет сын? — ревниво уточнила я, не сдержав смешок.

— Дочери квадрокоптер тоже пригодится, — не повелся Ростислав и уверенно потянул меня за собой: на крыльце было тесновато и без нас, а на стоянке преданно дожидался хозяев отремонтированный «Звездный поток».

…А квадрокоптер в итоге «пригодился» обоим — и дочери, и сыну.

Конец