Заметив мою ухмылку, Эмбер спросила:

— Я что-то смешное сказала?

— Да нет, просто вы, как старшая сестра, собирающая братишку к первому свиданию. — высказался я, улыбнувшись.

Девушка не ответила, лишь улыбнулась чуть смущенно, потрепала меня по волосам и продолжила подбирать галстуки к рубашке и пиджаку, лежащим на моей кровати. Я же любовался видом процесса и… хмм… формы. а вид открывался замечательный, про формы я вообще молчу.

Встреча должна была состояться в специально подготовленной Эмбер Троттл комнате. Которая получилась похожей на холл в каком-нибудь элитном пятизвёздочном отеле. Большая просторная комната с большими окнами с видом на внутренний двор приюта с фонтаном. Четыре кресла вокруг круглого журнального столика у камина, еще два кожаных дивана посередине комнаты, стоящие друг напротив друга. С краю комнаты стоял стол, похожий на барный, с чашками для чая, кофемашиной и тарелками с печеньками и пирожными. За столом стояла девушка- работница кухни, которая сегодня исполняла роль официанта и, скорее всего, от имени приюта приглядывала за ходом знакомства, дабы не допустить курьёзов.

Когда я зашёл, сэр и леди Виллис сидели на диванчике, держась за руки, и о чем-то тихо переговаривались. Заметив меня у дверей, они замолчали, встали и сделали пару шагов на встречу. Я, не сказать, чтобы волновался, но волнение всё-таки немного чувствовал. Похоже, эмоции Мэттью дают о себе знать, что я и раньше, кстати, замечал. Подойдя к паре, я начал разговор первым, протягивая руку к мужчине.

— Здравствуйте, сэр Джеймс, — пожал я руку мужчине, затем чуть повернулся корпусом к его паре, чуть поклонился — леди Белла. Прекрасно выглядите. Очень рад с вами познакомиться.

Парочка, ничего не ответив, кидала взгляды на меня и друг на друга. Похоже разговор придется вести мне. Что-то они стеснительные, что ли.

— Прошу, присаживайтесь, — указал я на диван за ними. — судя по всему, вас что-то смутило? Если так, заранее прошу прощения. — улыбнулся я, чуть кивнув и присев на диван напротив. Ответ пришлось ждать секунд тридцать, всё это время они как-то нервно смотрели на меня, я же оглядывал их. Высокий черноволосый мужчина и невысокая, миленькая белобрысая женщина, ничего необычного. Разглядывают меня с заметным удивлением, но похоже начали приходить в себя.

— Здравствуй, Мэттью… — начал Джеймс. — можно к тебе так обращаться?

— Можно просто Мэтт, но не Мэтти, пожалуйста, — кивнул я.

— Хорошо, Мэтт, — мужчина кивнул и продолжил. — ты тоже если что извини, просто мы впервые на такой… — помахал рукой неопределенно, — на такой встрече, поэтому можем не знать чего-то, что считается нормой. И не совсем понимаем, как вести с тобой разговор… — Джеймса прервала его жена.

— Это ты написал песню «Иное не важно»?..

…Да, веселые получились встреча и знакомство, но семейка мне понравилась. Но кто успел заснять на телефон, как я играл на гитаре, я так и не понял. А в это время видео оказалось настолько популярным, что разлетелось по всей сети. Я даже подумал, может стать певцом и автором песен, но, немного подумав, решил пока отказаться от этой затеи. Песен из прошлой жизни я знаю немного, точнее штук, наверно, двадцать, именно популярных и на английском языке, помню вместе с аккордами, а остальные даже не заучивал, просто время от времени слушая их в дороге на работу и обратно на метро. Да и как-то стыдно мне было, что ли. Но, сделанного не воротишь, если начну паниковать и стараться удалить из сети все копии видео, получится «эффект Барбары Стрейзанд» — это когда пытаешься что-то из интернета, но в результате получаешь обратный эффект и еще большее распространение. Так что будем помалкивать и загадочно улыбаться, если кто-то еще прознает о песне. Джеймса с Беллой я тоже попросил не распространяться. Джеймс на это потупился и признался, что собирался мне подарить гитару и студийное оборудование, в честь становления частью их семьи, так сказать. Я заверил его, что подарок очень хороший, и я очень буду рад. Я и на самом деле обрадовался, ведь в моих нескольких будущих проектах это оборудование, точнее комп, а по-местному лэптоп точно пригодится. Джеймс и Белла ушли, вроде бы удовлетворенные встречей, сказали, что завершение процесса усыновления займет пару-тройку дней, максимум неделя, и я переберусь в мой новый дом. Что же, план начинает осуществляться, и это радует. Люди они, как мне показалось, добрые и понятливые, да еще и дворяне, так что в этом мне повезло. Ну, я же Лакин! Еще бы мне не везло.

***

— Я же говорила! — Белла всю дорогу по пути домой донимала мужа разговорами о юноше, нахваливая его со всех сторон. — Он точно станет нам хорошим сыном! Дорогой, ты заметил, как он себя вел с нами? Такой воспитанный, если бы не знала, что мальчик сирота и так долго жил в приюте, я бы подумала, что он точно сын какого-нибудь дворянина или даже аристократа! Его манеры!.. — женщина прижала руки к груди сжав кулачки, даже чуть взвизгнула, умильно зажмурив глаза. — У-у-у! Он такой воспитанный, культурный, спокойный и… Ну что ты молчишь, Джеймс?

Мужчина, сидевший рядом с ней на заднем сидении, был задумчив, невпопад поддакивал супруге. Его тоже донимали мысли о Мэттью, но не его воспитанность или культурность, даже, в какой-то мере куртуазность, а взгляд. Взгляд повидавшего смерть и даже встречавшегося с Ней лицом к лицу. Так смотрели ветераны, прошедшие войну, теперь служившие в охране у дома Виллис. Так смотрел его младший брат, вернувшийся с войны в Африке инвалидом и не доживший до сегодняшнего дня. Взгляд, смотрящий сквозь тебя, пронизывающий душу, Взгляд хищника, ищущего добычу, леденящий кровь. Но откуда такой взгляд у юнца, всю жизнь прожившего в приюте?

— Да, булочка… Ты права, дорогая…

— Опять ты меня не слушаешь. — обиженно надула губки Белла, скрестила руки на груди и отвернулась к своему окну. — И о чем ты можешь думать в такой момент? — бубнила она, — Мэттью скоро станет частью нашей семьи, а ты… Пфф! — не найдя подходящих слов, просто фыркнула. А Джеймс всё еще думал о странном взгляде мальчика, так неприсущему столь юному возрасту.

***

Следующая неделя прошла под знаком прощания. Учителя и воспитатели, как будто сговорившись, насели на меняв попытках вдолбить побольше знаний, объясняя это тем, чтобы я не посрамил честь приюта Георга Мюллера в обычной школе, и вообще показал себя в дворянском и аристократическом кругах только с положительной стороны. Ведь я буду представлять не только новую семью, но и приют, так как аристократия в любом случае узнает, где я вырос. Она всегда узнает, кто, откуда и чего стоит.

Рыжая ходила всё еще смурная, со мной разговаривала нечасто. Да и я не знал, как смягчить расставание, которое, возможно, будет навсегда. Я к ней за прошедшее время в новом для меня мире прикипел, привязался, как к настоящей сестренке, но вариантов остаться вместе не было. Либо её, либо меня усыновили или удочерили бы, и нам все равно пришлось бы распрощаться. Хотя… Можно же попробовать поговорить с семьей Виллис! Надо будет это с ними обсудить, надеюсь они не будут против еще одного ребенка из приюта. Но пока об этих планах рыжей говорить не стал, вдруг откажутся, а я пока не в том положении, чтобы настаивать.