– С удовольствием познакомлюсь, – с готовностью отозвался Иван Ильич, входя в купе.

– Знакомьтесь, это Олег, а это Алан, – представил вставших на ноги попутчиков Игорь.

– Очень приятно, меня зовут Иван Ильич, – пожимая руки, представился он.

– Очень приятно, присаживайтесь, пожалуйста, – ответил Олег, указывая на место рядом с собой.

– А вот с Аланом я уже имел честь пообщаться в тамбуре. Помните, молодой человек? – напомнил Иван Ильич, присаживаясь рядом с Олегом.

– Да, конечно помню, вы сказали, что тоже в Осетию едете, в Беслан, – подтвердил Алан.

– Так оно и есть, – подтвердил Иван Ильич.

– Так вы, Иван Ильич, тоже курящий? – поинтересовался Олег, услышав, что их знакомство с Аланом состоялось в тамбуре.

– Вы можете ко мне обращаться просто Иван. Хотя я и не сторонник того, чтобы молодиться, но, считаю, что курение способствует преждевременному старению организма и дряблости тела. Поэтому я никогда не курил, – приветливо улыбаясь, ответил Иван.

– Уважаю, Иван, вы наш человек, я тоже никогда не курил, – с радостью заявил Олег, обрадованный появлением единомышленника.

– Мы сейчас как раз обсуждали эту тему, – пояснил Ивану Игорь. – Вот Олег утверждает, что курение – это больший грех, чем мат.

– А почему вы проводите сравнение именно с матом? – спросил Иван.

– Да, потому что я такие слова иногда говорю, – с недовольством признался Олег.

– И к какому выводу вы пришли? – полюбопытствовал Иван.

– Пока ещё выводов не сделали, – ответил Игорь, – а вы, Иван, как считаете? – обратился к нему по имени Игорь, чтобы выполнить его просьбу об этом.

– По моему глубокому убеждению, которое основано на христианской вере, вы правы, – начал отвечать Иван, – обе эти зависимости являются греховными. А грех, как учит Библия, зарождается в сердце человека. Если позволите, я процитирую: «Лукаво сердце человеческое более всего и крайне испорчено, кто узнает его?» – так в Библии говорится.

– Это верно, человеческая душа – потёмки, – глубокомысленно высказался Олег.

– Но не для Бога, – поспешил заверить Иван, – далее написано: «Я, Господь, проникаю сердце и испытываю внутренности, чтобы воздать каждому по пути его и по плодам дел его», – процитировал Иван очередной стих из Библии. – Грехи, о которых вы говорите, гнездятся в сердце человека как следствие идолопоклонства, ещё со времён язычества, – подчеркнул Иван.

– Вот и я так же считаю – курение и мат из области духовных проблем, – поддержал Ивана Игорь.

– Любая зависимость – это грех. А «грех есть беззаконие», этому Библия учит. «Кто чем покорён, тот тому и раб», – написано в ней, следовательно, рабом греха является тот, кто им покорён. И какой из этих грехов больший, Бог рассудит, – подвёл итог Иван.

– Кстати, о рабах, – с раздражением в голосе сказал Олег.– А почему попы называют прихожан «рабы Божьи», какой я им раб?

– Знаете, Олег, а ведь быть рабом Божьим – это почётное звание и для священника, если он истинный служитель Божий, – пояснил Иван. – И, на мой взгляд, хорошо, когда человек осознаёт это и гордится этим. Он понимает, что покорён любовью Божьей к себе и готов служить Господу своими помыслами и поступками. Своим послушанием Божьим заповедям, человек являет свою любовь Богу. Следовательно, он будет сторониться языческих проявлений.

– Я так понял, Иван Ильич, язычество вам не нравится? – поинтересовался Алан. – У нас в Осетии подавляющее большинство христиане. Есть осетины, исповедующие ислам, ну и язычества немного. По-вашему, это плохо? – взглянув на Ивана и Игоря, поинтересовался Алан.

– С вероисповеданиями в Осетии, Алан, я знаком. Языческого у вас не «немного», а с избытком, к сожалению. Ведь у вас совершают языческие обряды многие из тех, кто причисляет себя к христианам и мусульманам, – уточнил Иван. – Мне посчастливилось жить в Северной Осетии вместе с моей семьёй и работать там четыре года. О язычестве в вашей республике мне известно не понаслышке. Оно у осетин уникально. И нынешнюю поездку к вам я тоже воспринимаю как командировку.

– Как, вы ещё не на пенсии? – удивлёно спросил Игорь.

– На пенсии, – ответил Иван, – но профессия у меня такая, что пенсию можно совмещать с работой – я этнограф. Ну и

в некотором роде теолог. Какой этнограф не касается в своей работе теологии, вопросов вероисповеданий народов? По этой причине я в Осетии и оказался несколько лет назад. Во Владикавказе мы жили на улице Маркуса. И там я изучал труды ваших учёных, Алан. До сих пор помню, что праздник, отмечаемый осетинами и в наши дни, под названием «хайраджиты ахшав» в переводе на русский означает «ночь чертей». В эту ночь положено принести в жертву чёрную курицу, а в прошлые века чёрного барашка. Верно? – неожиданно для Алана, продемонстрировал свою осведомлённость Иван.

– Ве-е-ерно, – нараспев с удивлением подтвердил Алан.

– Насколько мне известно, Алан, не только вы наделены пытливым умом, но и большая часть населения Осетии желает знать, что им несёт языческое наследие, – продолжил говорить Иван. – У меня своё представление о последствиях для любого народа за желание совместить несовместимое – христианское вероисповедание с языческими обрядами и верованиями. Ведь вас это волнует?

– Да, это меня волнует! – искренне признался Алан.

– Но совмещение христианства с язычеством происходит не только в Осетии, в моменты исполнения языческих обрядов, а повсеместно. Когда христиане пытаются свою веру в Бога сочетать с поведением, которое противоречит Его заповедям,