– 45 часов, если не считать самого процесса зарождения в лаборатории, – отрапортовал прибор. – Знание о прожитых года наиболее характерно для особей на первом этапе жизни. В последующем специалисты предпочитают отсчитывать не количество прожитых часов, а исполненных дел. Так получается более мотивированно.

– Хорошо живу, насыщенно, – улыбнулся Тим, а потом вдруг произнес. – «Сильные жизненные потрясения исцеляют от мелких страхов». Ага. Снова из «прекрасного далеко» что-то принесла ему его память. Хотя, в этот раз хотя бы лыко в строку.

– Что??? – взревел от негодования юноша. – Что я такое несу? Верг!!! Что это блин такое? Откуда все эти слова в моей голове?

– Этот участок мозга заблокирован.

– Чудесно!!!

– Однако он может быть открыт!

– Ага, когда меня переработают. Это я уже слышал…

– Нет, – прервал его прибор. – Есть еще один способ.

Тим не поверил свои ушам. Еще минуту назад нейротрон говорил ему о невозможности открытия всех участков коры мозга, а теперь вдруг заявляет прямо противоположное.

– «Молчи», – вдруг раздался скрипучий голос внутри головы. Он был не похож на звучание нейротрона. И шел откуда-то из глубины. И это настораживало и пугало одновременно. А голос между тем продолжал шептать:

– «Этот поводок только что прокололся. Теперь у тебя есть шанс проснуться. Нужно только не дать ему тебя вновь обмануть».

– Что за дела? – подумал про себя Тим. Появление в голове еще одного собеседника, который неожиданно прорвался к нему на уровень сознания и посоветовавший не верить ничему из того, что говорил нейротрон было неожиданным, но не оригинальным. Тоже самое говорил ему и другой голос, который в первый раз и взломал нейротрон.

– А может быть это и был тот же самый голос? Который я слышал из нейротрона. И который рассказал мне о том, что нейротрон – это паразит? А кстати, как звучал тот голос?

Тим не помнил. Он только сейчас понял, что часть его памяти куда-то исчезла. Стерлась. Или ее стерли…

– Странно. Очень странно, – думал юноша. – Раньше, он совершенно об этом не задумывался, лавируя между социализацией и поисками алгоритма поведения. А в это время кто-то незаметно лишал его памяти или… стирал неугодные фрагменты. Как например это было со схемой от убийцы. Ведь он действительно не помнил куда подевал так дорого доставшуюся ему предмет. И последняя фраза нового голоса «Этот поводок только что прокололся», что она несла в себе? Какую смысловую нагрузку? Противоречие нейротрона? Перепрошивку нового алгоритма поведения? Возможность контроля? Еще что-то? Хорошо, посмотрим, какие еще сюрпризы подбросит ему его помощник. Для этого на минуту поверим голосу, сделаем вид, что забыли о косяке нейротрона и подыграем ему.

– И как же мне открыть эти участки мозга? – с наигранным интересом произнес социализированный. – Верг, не томи, я тебя прошу, мне уже на работу скоро. Или еще не скоро?

Прибор, не ощущая подвоха, продолжил свой рассказ:

– Закрытые области мозга могут быть разблокированы за счет накопления необходимого количества нейроэнергии и знаний. В данном случае, речь идет о ментальном замке.

– Что? Поясни.

– Ментальный замок представляет собой искусственно созданную перегородку между отделами мозга посредствам нейродных волокон, внедренных в мозг. Они не мешают осуществляться процессу жизнедеятельности организма, но не дают получить доступ к некоторым участкам коры. В данном случае твой замок носит индивидуальный характер.

– Это как?

– Он закрыт персонально для тебя, – сказал как отрезал прибор, а потом добавил. – Только для тебя.

– Т. е. для остальных он открыт и любой, кто подключится может считать информацию. Так?

– Нет, – вдруг не согласился нейротрон. – Он закрыт и для всех остальных, просто другие не могут его ощутить и увидеть. Поэтому… Поэтому, когда проходила социализация, и твое тело формировалось, эту аномалию никто и не заметил. По-сути, замок стоит только в твоем сознании и не дает информации выходить на уровень осознания. Однако иногда данные прорываются из-под подсознания, в результате ты и не осознаешь их смысла. Или осознаешь, но интуитивно.

– И чтобы его открыть мне нужно больше энергии и знаний? Так? – вновь повторил утверждение прибора юноша.

– Да. Тебе необходимо расширить свое сознание. Тогда нейродные волокна можно будет ослабить или обойти. Таким образом, в твоей голове за одинаковые интервалы времени будет проходить большее количество операций, что в итоге приведет к нарушению обычного режима взаимодействий нейродных волокон и позволит общаться с мозгом напрямую, проникаю на глубинные слои.

– Хорошо, – сделал обрадованный вид юноша, уже ни черта не понимавший в той белиберде, что нес его нейротрон. Сейчас ему было важно подыгрывать, чтобы поймать железяку на очередном противоречии. И он продолжал играть. – Только где взять столько знаний?

– На работе, Тим, – уверенно произнес ничего не подозревающий прибор. – У тебя есть профессия, которая позволит развиваться, получать новые знаний и возможности. Это и даст необходимые навыки.

– «Теперь у тебя есть шанс проснуться. Нужно только не дать ему тебя вновь обмануть», – напомнил сам себе Тим. – Проклятье, ведь голос оказался прав. Меня действительно хотят оставить здесь. Хотят, чтобы я работал, чтобы жил здесь, развивался и получал знания. Только для чего? И куда запропастился незнакомец, что раньше выходил со мной на связь? Его поймали? Скажем, отследили, когда я проходил социализацию, а потом взяли? Или он тоже в доле? Не знаю. Но что-то нужно придумать и быстро. Может нужно немного обострить ситуацию. Может быть добавить сомнений? Попробуем. Все равно мне терять нечего. На переработку, так на переработку…