«Значит, мы будем опережать их. Все время»! — подумала Парниэла, вглядываясь в черноту тириомаля.

Она дважды повторила свой призыв, и, наконец, тьма сменилась молочной белизной, из которой проступило лицо матери.

Зрящая выглядела утомленной, что, впрочем, и неудивительно — матери приходилось жонглировать не только вероятностными линиями, отслеживать все — даже самые незначительные элементы их неимоверно сложного плана, но также вести работу с десятками, нет — сотнями самых разных людей, которых следовало убеждать, запугивать, подкупать, обманывать. И каждому — каждому! — требовалось уделить немного времени. Ни одной мелочи, ни одной ошибки, ни одной небрежности не могли они себе позволить, потому как даже в этом случае победа над проклятым некромантом не была гарантирована!

— Парниэла, — Найлиэна едва заметно улыбнулась. — Рада, что с тобой все в порядке.

— Благодарю, матушка, — ответила эльфийка, — как твое здоровье?

— Все хорошо, спасибо.

Со стороны могло показаться, что это — обычные банальные фразы, которые частенько говорят друг-другу родственники после того, как давно не виделись, но на самом деле эльфийки использовали код, призванный удостовериться, что поблизости нет никакой угрозы.

— Что ты выяснила? — перешла к делу Найлиэна.

— Гашиэн с Мардашем заключили договоренность. Думаю, финансовые вопросы тебе не очень интересны. Важно другое.

— Да?

— Венценосец Аблиссии обещал посодействовать Гашиэну с его… особым запросом, — последние слова эльфийка выделила особо.

— Ты уверена?

— Да. Я подслушала всю их беседу и лишь когда правитель Радении собрался домой, нанесла ему визит.

Девушка кратко пересказала матери беседу в карете, затем — более подробно — озвучила то, о чем Гашиэн попросил аблисского владыку.

— Превосходно, — на утомленном лице матери появилась белоснежная улыбка. — Все протекает в соответствии с нашим планом. Теперь главное, чтобы Ритиар выполнил все, что следует, но, думаю, проблем с этим не будет.

— Брат еще не выходил на связь?

— Нет, но у него есть время. Восток — крайне сложное место, оно требует особого подхода и изрядной гибкости. Но не волнуйся, твой брат наделен и тем и другим в должной мере.

— Как скажешь, матушка. Следует ли мне переходить к следующей части плана?

Найлиэна на несколько секунд задумчиво покрутила длинный локон на пальцах, затем отрицательно покачала головой.

— Нет, тебе нужно как можно скорее проследовать в Наиргон. Черный Властелин прибудет в него через шесть-семь дней, и ты должна лично наблюдать все, что произойдет в главном городе Саргилии. Если нам очень повезет, проблема будет решена, но лично я полагаю, что мы получим исключительно ценные сведения. В любом случае, я не могу доверить столь важное дело кому-то из простых исполнителей. Мне нужны твои глаза и твое мнение.

— Добраться до Наиргона так быстро нелегко.

— Я знаю. Загоняй коней, используй эликсиры выносливости, убивай по пути, если кто-то посмеет мешать. Неважно. Ты должна успеть. От этого зависит слишком многое.

Найлиэна склонила голову.

— Слушаюсь матушка, я буду там.

— Вот и хорошо, — зрящая улыбнулась, на сей раз — безо всякого притворства, тепло и искренне. — До встречи, дочка. Буду ждать от тебя вестей.

Тириомаль погас, вновь превращаясь в мертвый шар и Парниэла поднялась.

Она спрятала драгоценное переговорное устройство, накинула плащ, затем — подошла к коню и, дружески похлопав того по голове, достала небольшой пузырек.

— Прости, — со вздохом произнесла эльфийка, заставляя животное выпить жидкость, пахнущую мятой и клевером, — ты станешь быстр, как ветер, но это будет наша последняя скачка, дружок.

Сказав это, она вскочила в седло и ударила животное пятками в бока, переводя его с шага в дикий галоп.

Конь яростно заржал, его глаза налились кровью, и животное устремилось вперед, точно стрела, пущенная с тетивы.

«Я успею, я обязательно успею», — пообещала себе Парниэла, припав к лошадиной шее. — «Обязана успеть»!

Длительный переход через реку Быстротечную закончился в открытом поле. За сутки до этого Шахрион инспектировал крепость Ларнисию, затем — проверял новую речную флотилию, призванную оберегать границу провинции, и остался доволен увиденным. В первые два года на столь затратную игрушку денег не хватало, и приходилось довольствоваться тем, что осталось от Саргилэнов, добавив всего несколько кораблей, зато теперь все было именно так, как император и желал.