— Во время инцидента со мной и Меркурием? — подсказал новый голос. Линч. — Припоминаю, как Бэрронс выступил в мою поддержку, в то время как вы оставили меня на милость палача. Разумеется, ненамеренно. — Бывший глава ястребов медленно обвел взглядом весь Совет, включая притихшую леди Арамину. — На самом деле, Бэрронс защитил многих из тех, кто ныне сидит в этом зале.

— Вероятно, мне стоит пересмотреть и тот случай, — выплюнул принц-консорт.

— И в свете внезапного исчезновения Гете, останется… всего три советника, не так ли? Как… некстати. — Линч даже не моргнул.

Присутствующие зашевелились, каждый старался не смотреть другому в глаза. Слова Линча напомнили, что тех, кто в прошлом осмелился противостоять принцу, постепенно отсекали.

— Два, — поправил тиран после долгой паузы. — Кейн займет свое место, Бэрронс заменял его лишь во время… недомогания.

Лео наконец заставил себя посмотреть через стол на ту, что сидела напротив, в своих кремовых юбках и расшитом жемчугом корсете. От жгучего предательства застило глаза.

Снимки лежали прямо перед ней. Бледная как снег Арамина смотрела на них. Словно почуяв тяжесть взгляда Бэрронса, она медленно подняла голову и поморщилась.

Он лишь беззвучно рассмеялся. Надо же было так жестоко ошибиться, и всего только раз…

— Лживая сука, — прошептал Лео, зная, что она услышит.

— Так какой вердикт, мой принц? — спросил Мориоч.

— Не будем спешить, — парировал Кейн, медленно барабаня пальцами по столу.

— Придется выносить вопрос на голосование, — отметил Линч. — И вы знаете, на чьей стороне я выступлю.

— Как и я, — прибавил Мэллорин.

«Оври, чтоб тебя». Лео резко выдохнул. Разногласия последнее время развели их порознь, но прежде оба были друзьями. «Я не один». Их голосов не хватит, чтобы его спасти, Линчу и Оври не перевесить весь прочий Совет, но поддержка пролила спасительный бальзам на раны.

Принц снова откинулся в кресле, сложив руки на животе.

— Нет, думаю, голосование излишне. Пусть королева решит.

Лишь она могла обойти Совет, но так редко это делала. Линч выдохнул.

— Хорошо. Изгнание? Ссылка? Что мы…

— Казнь, — перебил принц-консорт.

Лео резко вскинул голову. Неужели?..

— Что скажешь, любовь моя? — Тиран накрыл ладонью безвольно лежащую на столе руку жены. — Грех утаивания правды о своем рождении можно простить, но боюсь, его преступления куда весомее. Он выступал против нас, годами плел интриги, замышлял измену…

— Измену? — потрясенно переспросил Линч.

— Доказательства! — Бэрронс наконец обрел голос и вскочил на ноги. Этого ублюдок на него не повесит.

— Дьявол Уайтчепела…

— Сэр Генри? Тот, кого посвятила в рыцари сама королева? Почему помощь ему во время дуэли может расцениваться как измена?

— Очень просто: он собирается меня свергнуть. Месяцами складирует в трущобах оружие, куда больше, чем нужно для защиты той дыры, а вы постоянно с ним встречаетесь. Или вы будете это отрицать?

Отрицать, по сути, правду? В конце концов, Лео действительно планировал измену.

— Ваше молчание говорит само за себя. — Принц махнул паре гвардейцев. — Арестуйте его. — И посмотрел на жену. — По приказу моей супруги.

Королева тупо смотрела на стол перед собой. Все затаили дыхание. Она не всегда слушалась мужа, но ее отсутствующий взгляд вызвал у Лео мурашки. Принц что-то с ней сделал. Избил или запугал после прошлого инцидента.

Королева дернула головой.

— Д-да.

Нет.

— Отведите его в Тауэр на казнь, — улыбнулся принц и погладил лицо жены, игнорируя ее дрожь. — Пусть голову выставят на стене.

Казнь.

Бэрронса грубо схватили и силком поставили на колени. В зале разразился хаос, герцоги перекрикивались, но Лео видел только два лица. Кейна, что приоткрыл рот вроде как от потрясения, и герцогини, будь она проклята, что обогнула стол, направляясь к королеве.

В груди Бэрронса всколыхнулся голод, ярость. Не так. Принц-консорт его переиграл — и весьма недурно. Похоже, следил за трущобами, за самим Лео. Разумеется. Следовало догадаться. Тиран мечтал обрести власть над Советом и теперь выступил против всех тех, кто представлял ему угрозу.

— В письме вы сказали, что пощадите его, если я не стану ничего отрицать, — подал голос Кейн, глядя на принца, своего союзника.

Тот даже не повернулся к старому герцогу, слишком упиваясь победой над Лео.

— Я передумал.

Впервые в жизни Лео выпустил на свободу своих демонов, и мир внезапно обрел резкость во всей своей кровавой красе.

Оба стража полетели на пол. Бэрронс ухватил акры шелка, рывком привлек Мину спиной к себе и приставил к ее шее кинжал.

Зал замер. Арамина с шумом втянула воздух. Лео чувствовал, как сердце грохочет у нее в груди.