Совершенно не представляю, как объяснять детям, что делаю в кровати «с другим дядей». Я раскрываю рот, чтобы пожелать девочкам доброго утра, и одеяло начинает вставать.

— Попались, — Алекс хватает малышек и, словно паук, заворачивает их в кокон.

Они визжат и сопротивляются, но и он не сдаётся. В какой-то момент Настя умудряется вылезти из одеяла и щекотит Сашу. Он смеётся, выпускает из рук младшую и Вероника тоже спешит на помощь сестре.

— Победили. Всё. Всё. Вы меня победили, — сдаётся поверженный и защекоченный паук.

— Мама, мы его убии! — Счастливая Ника подпрыгивает от восторга и приземляется точно на Сашин живот.

— Это да, теперь точно убили, — смотрю на мужчину, а он на меня.

— А вы умылись? — Хриплым голосом спрашивает убитый. Видимо, последний выстрел пришелся в яблочко. Девочки переглядываются и вместе мотают головами. — Бегите умывайтесь и прибегайте на кухню. Будем завтракать.

— Почему они тебя слушаются? — С изумлением смотрю на то, как мои девчата несутся на выход из комнаты.

— И ты тоже будь послушной девочкой, поцелуй меня, — подаётся вперёд, а я назад. — Ну нет. Не сбежишь, — подминает под себя и проходится пальцами по рёбрам.

— Алекс, — от смеха сводит живот и мне тяжело изворачиваться под ним.

— Доброе утро, — сумасшедший взгляд абсолютно чёрных глаз будит во мне странные желания. Хочется стать игривой. Он переворачивается на спину вместе со мной, и я оказываюсь сверху. Наклоняюсь к нему.

Прокладываю мелкими поцелуями дорожку от губ к уху и нежно шепчу:

— Ты готовишь завтрак, а я в душ, — и пока он не вцепился в меня мёртвой хваткой, сбегаю в ванную комнату и закрываюсь изнутри.

— Яся! — Мои нервные смешки — это и есть ответ на мужское возмущение. — Вот же! Опять сбежала. Да, как с тобой… Ну ты дождёшься!

— Зато ты не дождёшься, — показываю язык двери.

Вчера мне не хватило сил на душ. Я кое-как влезла в шорты и майку и вырубилась. Этот неугомонный издевался надо мной практически до утра. Ладно. Не издевался. Я сама была очень сильно согласна на любые «пытки» и принимала в них отнюдь не пассивное участие.

А сегодня мышцы ноют. И не выспалась. Горячая вода совершенно не бодрит, а только ещё больше расслабляет. И после душа я полусонная бреду на кухню. Там девочки завтракают блинчиками с молоком и о чём-то беседуют с Алексом.

— Вот теперь доброе утро, — сияю счастливой улыбкой и усаживаюсь за стол. Стол… Хм… Картинки вчерашнего вечера яркими эпизодами вспыхивают в моём сознании. Сама не замечаю, как передо мной появляется кружка с кофе. В задумчивости улыбаюсь и делаю глоток.

— Мама, нам дядя Саша сказал, что мы теперь будем жить все вместе и вы поженитесь, — кофе практически фонтаном вылетает из моего рта и я огромными глазами рассматриваю самодовольную рожицу Алекса, что сидит напротив меня. Девочки хихикают, а мне что-то совсем не весело.

— Всё хорошо? — Ухмыляется и мне очень хочется свой кофе подарить ему. Желательно на голову в качестве короны. Только вот при девочках лучше не скандалить. Поэтому встаю и ухожу переживать своё бешенство подальше от детей.

— О-о. Мама разозилась, — прямо вижу, как младшая прикрывает рот ладошкой и ехидно смотрит на сестру. Она всегда так делает, когда они меня доводят и я ухожу в другую комнату подышать и сосчитать хотя бы до ста.

— Девочки, завтракайте, а я сейчас её верну, — как же он в себе уверен.

— Дядя Саша, лучше не ходи. Мама сделает дыхательные упрррражнения и прррридёт сама, — всё-то Настя знает. Всё понимает.

Отхожу дальше от кухни и уже не слышу о чём они разговаривают. Мне надо побыть одной. Захожу в комнату. Это оказывается кабинет, в котором дети вчера разбили практически весь запас алкоголя. Что говорила Настя? Хотела показать рисунок? Почему в кабинете?

Довольно просторная комната со столом у окна и удобным офисным креслом. Странное решение поставить стол так, чтобы смотреть не на дверь, а в окно. Хотя… Вид из окна оправдывает всё. Светлый смешанный лес переносит мысли в сказку, дарит уют и завораживает.

Тут хочется писать сказки о рыцарях, принцессах и чудесных подвигах во имя этих самых принцесс, но никак не новые соглашения. Но и их тоже иногда можно посчитать за сказку или подвиг. На тёмном столе лежит тонкий белый ноутбук. От желания провести по маленьким клавишам зудят кончики пальцев, но я не подхожу, а усаживаюсь на большой черный кожаный диван, что стоит у стены. Напротив него огромный шкаф с забитыми книгами и папками полками, а рядом с диваном тот самый столик-бар, что с горем пополам пережил второе нападение моих девчат. И небольшое кресло у входа, ближе к шкафу. В нём, наверное, удобно читать.