Что, чёрт возьми, это значит? Нельзя нормально всё объяснить? Я же не успокоюсь теперь! Лучше бы вообще не звонил, чем так.

Встав, направляюсь на кухню. Наливаю себе стакан воды и мелкими глотками осушаю его, думая о том, что всё же происходит и что мне делать. Как узнать о том, о чём не знаешь? Заметив на столе планшет Тёмы, решаю сделать небольшую попытку что-то разузнать и, разблокировав гаджет, ввожу в поисковик «Максим Чернышёв».

На экране тут же появляются различные новости, связанные с этим именем и все они опубликованы семь часов назад. Открываю первую ссылку и попадаю на статью и фотографию, где моего Макса в наручниках выводят из клуба. Вместе с ним ещё несколько незнакомых мужчин. Максиму скрутили руки и выводят из клуба, словно настоящего преступника, который натворил очень-очень много плохих вещей. Его внешний вид доказывает, что перед этим его хорошо кто-то «отмассажировал». Уроды! Руки им отрублю! Только я могу обижать Максима, и то не сильно. Лишь чтобы взбесить и разозлить.

— О господи! Макс…

Принимаюсь за статью, ужаснувшись тому, в чём обвиняют моего мужа и не верю ни единому обвинению. Он не такой! Он на такое неспособен. Совращение несовершеннолетних, распространение наркотических веществ, изнасилование и покушение на убийство.

— Мамочки! Быть этого не может! — восклицаю.

Несколько дней я мотаюсь между детским домом, где забочусь и пытаюсь вернуть Тёму в чувства, офисом и встречами с адвокатом, моля того, чтобы он договорился о моём свидании с Максимом. Мне нужно его увидеть, иначе я свихнусь.

Ночью совсем не сплю и ничего не хочу делать. Я словно зависла и больше не живу, лишь существую на автомате. Бьюсь обо всё на всём пути, и не знаю, как мне решить все возникшие проблемы.

Даже месть Игнату ушла на второй план. Теперь меня больше волнуют все три моих мальчика, которые сейчас страдают. Я готова всё сейчас отдать, лишь бы они в эту же секунду все были со мной рядом. Но пока я не могу получить ни одного из них… Хочется хорошенько выругаться.

В крайнее утро, когда я уже собиралась ехать в детский дом перед работой, мне позвонил адвокат и сказал, что добился для меня свидания с мужем. В детский дом летела пулей, накормила мальчиков домашней едой, которую приготовила вчера сама, поинтересовавшись прошлым вечером, чего они хотят.

Мысленно обрадовалась тому, что Тёма начинает постепенно отходить. Уже сам держит ложку, ест и даже бросает короткие фразы, но, по словам воспитательницы, делает он это, только когда я рядом, чтобы порадовать меня. И чтобы я больше не плакала… Каюсь, что не сдержалась в один из визитов. Это был как раз день ареста Максима. Я была слаба… а теперь они думают, что я из-за них ревела. Мальчики ведь не знают, что Макса арестовали. Для них он в командировке.

И всё же это не единственный успех. Детский дом теперь на нашей с Максимом стороне и тоже ждёт момента, когда мы сможем их забрать.

Сразу же после детского дома, отправилась в СИЗО. Адвокат уже меня ждал, и как только я пришла, меня направили к следователю, а затем и на само свидание.

— Максим, — прошептала, когда увидела мужчину. Он словно похудел, осунулся и почернел.

— Ника, — улыбнулся и сел напротив. — Я ждал, когда ты придёшь. Позвонить никому не дают, и свидания с Ренатом запрещены.

— Что произошло? — закидываю его вопросами. — Ты ведь не делал всего того, в чём тебя обвиняют?! Максим, прошу!

— Есть сомнения? — вздёрнул бровь. — Не делал, конечно, ведьма! За кого ты меня принимаешь? Ну, за покушение на убийство я ещё бы мог сесть, но педофилия, наркотики… Извините.

— Тогда почему ты всё ещё здесь? Если не виноват? — резонно интересуюсь.

— Мало времени, — кидает, и в следующее мгновение начинает шептать. — Я объясню коротко. Слушай и запоминай. Сейчас ты, не теряя времени, должна уволить Игната. Пока он занят тем, что пытается оправдать своего сына и вытащить его из СИЗО, ты должна уволить его. Понимаешь?

— Он тоже тут? Его сын?

— Да, — кивает. — Я решил, что нужно отвлечь Игната его отпрыском. Именно он и его дружки занимались тем, что опаивали девушек и отвозили их в притон, продавая девчонок. Я понял это, когда спас тебя. Мы решили сделать облаву, но мы с Ренатом немного не рассчитали, и меня схватили вместе с ними. Но так даже лучше. Ренат может доказать мою невиновность в любой момент, но пока не будет. Сейчас Игнат уверен, что не я виноват в том, что его сын за решёткой и не будет тебе мстить. Он поймёт всё, если я выйду. Поэтому увольняешь его, и… потом мы вместе будет разбираться со всем этим. Ренат скоро ему предложит сделку. Очень скоро. И тогда всё нормализуется. Именно я

сейчас и есть тот, кто держит сына Игната за решёткой. Как только Ренат докажет мою невиновность, то и он автоматом выйдет. Понимаешь?

— Ренат сказал, что у него тоже проблемы…

— Да… клуб могут теперь закрыть, — недовольно рассказывает. — Но он сказал, что разберётся. Мы знали, что такой исход возможен.

— Ты скоро выйдешь? Да? — хватаюсь за его предыдущие слова. — Я не могу без тебя… Мне плохо.

— Выйду, — посылает мне ободряющую улыбку и хочет взять за руку, но мой сопровождающий не даёт ему этого сделать. — Сегодня иди и уволь своего крёстного, но перед этим скажи нашей секретарше, чтобы набрала помощнице Рената. Она скажет ему и Ренат тебя наберёт.