– За что ты был наказан?

– Игорный долг, - ответил демон.

– Твое имя?

– Кааб-лан.

– Хорошо. Теперь слушай приказ: разберись вон с тем арбалетчиком, выясни обстановку вокруг и возвращайся с полным докладом.

Кааб-лан расправил золотистые крылья и молнией метнулся к всаднику. Две стрелы прошли мимо, а затем боковой удар хвоста сбросил стрелка в пропасть. Крик его доносился оттуда еще очень долго и, наконец, затих.

– Никого и ничего больше тут нет, - сказал демон.

– Прекрасно. Кстати, что это за место?

В зеленых глазах вспыхнуло искреннее удивление.

– Место боли, место страха, место Сил. Перед тобой, колдун, лежит Двор Хаоса!

Двор Хаоса! В Четрании-то об этом месте ничего не знали. Зато в Аркане чародей перемолвился парой слов с одним странником, который немало порассказал о событиях в этом краю Сфер.

Если Преисподняя была своего рода темницей, Серые Страны - трущобами изгоев, Искаженный Мир - внутренним двориком для прогулок заключенных, а Дома Боли - пыточной камерой, то Двор Хаоса следовало бы называть кабинетом начальника тюрьмы... В этом контексте Аркана (точнее, весь Срединный Мир) являлась не более чем полем для игры.

А его родная Четрания? Песочница на заднем дворе, где развлекаются девять малышей, Девять Богов...

Такая картина строения Вселенной не очень понравилась Инеррену, ведь себя он никак не мог счесть муравьем из песочницы. Разве дано муравью осознать что-либо за пределами своего муравейника?

Вряд ли, подумал чародей. Однако, если насчет муравья он не был уверен, то касательно себя знал точно: ни одна тайна Вселенной не является чересчур сложной для понимания. Если в его распоряжении будет достаточно времени и информации, он сможет познать все, что угодно.

Впрочем, сюда его привела не жажда узнать тайну строения всего сущего, а куда более скромное и практичное дело.

– Ладно, Кааб-лан, - произнес Инеррен после минутной паузы.
– А теперь помоги мне найти Источник Черных Звезд.

– Черная Звезда?!!
– Завизжав от ужаса, демон унесся прочь. Издалека донесся крик: - Не-е-ет!!!

Вот это да! Его цель, похоже, имеет ту еще репутацию. Проигравший собственную свободу демон, рискуя даже жизнью, пошел на открытое неповиновение Хозяину, лишь бы избежать Черной Звезды...

Пришлось достать Кристалл Истины. Чародей не был уверен, что в этом краю Сфер его заклинания срабатывают так, как надо, но выхода не было. К счастью, истина оставалась истиной и в Хаосе.

Тонкая пунктирная линия указала кратчайший путь - по краю пропасти в обход пяти разрушенных бастионов. Там, за черной дорогой, будет круг из смещающихся камней, между которыми надо опять-таки проскользнуть. Но не слишком быстро, потому что круг одновременно являлся Вратами. И они доставят в нужное место.

– Поднимайся, - толкнул он Изгнанника.

– Не могу, - выдавил тот, - голова...

Инеррен наложил несколько исцеляющих заклятий, и бывший предводитель Легиона Теней смог сдвинуться с места.

– Никогда не был в Хаосе, - извиняющимся тоном объяснил он, - у меня в подобных местах начинается такое, что самая сильная морская болезнь по сравнению с этим - сущая мелочь.

– Ладно уж. Пошли, я выяснил дорогу.

– А как насчет врагов?

– Понятия не имею. Но шпага все еще при тебе, моя сила также не исчезла, так что шансы немалые.

В развалинах действительно кто-то обитал. Или "что-то" - ни чаро-дей, ни Изгнанник не могли определить природу этих существ. Три ярко-голубых глаза на трупообразной морде, мягкое, постоянно изменяющее форму тело... Плюс скверная привычка швыряться камнями во всех, кто проходил мимо.

Но ничего более серьезного не попалось, и они без особых трудностей достигли смещающихся камней. Несколько шагов - и лиловая Бездна распахнулась, открывая дорогу в никуда.

– Прощай, - сказал Инеррен.
– Дальше я иду один. Счастливо тебе добраться домой!

– Удачи!
– пожелал Изгнанник в ответ, направляясь прочь.

Его работа была сделана, и перед ним стояла всего одна проблема: найти путь в родной мир. И не то чтобы такого пути не было - путь есть всегда. Просто в Хаосе путей слишком много...

Чародей собрал из воздуха семь Черных Звезд, слепил из них подобие лестницы и медленно спустился вниз.

Чей-то тихий, спокойный голос глухо отдавался в бездне раскатистым эхом. Не зная языка, Инеррен странным образом понимал почти каждое слово: