– Но при чем здесь Алиса?

– Ты защищаешь её из присущего тебе благородства или до сих пор к ней неравнодушен?

– К ней у меня уже все перегорело. Был кратковременный взрыв чувств, но тому образу, который я создал в своем воображении, Алиса не соответствует.

– Хищница?

– Ну, я бы не стал использовать столь сильных определений...

– Охарактеризуй её сам.

– Мне это сложно.

– Так и остался романтиком в отношении прекрасного пола? До сих пор идеализируешь нашу сестру?

Сергей неопределенно пожал плечами. Ее подколки напомнили ему времена их постромана. Вспоминать это ему не хотелось. Алла интуитивно все поняла и сменила тон на деловой:

– Давай попробую я, если ты затрудняешься. Ты представлял её своей музой, верной и преданной подругой поэта, а она оказалась обычной бабой?

– Примерно так.

– По какому поводу вы с ней поссорились?

– Алиса настаивала, чтобы я развелся с Ритой.

– Мотив налицо, Серега.

...Впридачу к дворянской наследственности, было решено сделать Валентину Вениаминовну носительницей необычных способностей, почти медиумом - опять же в духе новых веяний. Для придания большей достоверности её "сверхъестественному дару" Леснянский пригласил двух дам, именующих себя специалистками в области белой магии. Одна их них, назвавшаяся Магдой, явно была сумасшедшей, искренне убежденной в своем необыкновенном даре.

– По ней психушка плачет, - поморщился глава рекламной фирмы, когда его правая рука, Геннадий Соколов, привел Магду в офис их фирмы.

– Так ведь и нашу клиентку нормальной не назовешь, - пожал плечами молодой человек.
– На этом тоже можно сыграть. Пусть наша общипанная курица повадок у этой чокнутой Магды. Если научится вести себя, будто не от мира сего, это пойдет на пользу её имиджу. Гении частенько чудаковаты, вот и наша заказчица пусть будет чудачкой.

– Пожалуй, ты прав, - согласился Владимир Максимович.
– Чем чуднее тем лучше. Если она на людях начнет заговариваться и поминать несуществующих предков, не вписывающихся в придуманную нами легенду, ей простят.

Вторая дама, именующая себя ясновидящей, целительницей от всех ныне существующих болезней и умелицей по части избавления от всевозможных проблем, в первую очередь, любовных неудач, измен, половой слабости и прочих неприятностей, как и многие, кто подвизается в этой области, на поверку оказалась, доморощенной актрисой. В офис рекламной фирмы "ясновидящая", практиковавшая под псевдонимом Элеонора, пришла в образе цивильной дамы, в обычной одежде, но, решив показать товар лицом, мгновенно преобразилась и заговорила замогильным голосом.

– Мадам, не трудитесь, - скривился Леснянский.
– Вы ошиблись объектом. Мне ваши услуги вовсе не требуются. Сейчас придет заказчица, её и обрабатывайте. Ваша задача - научить нашу подопечную всем приемчикам, отработать такой же "потусторонний" голос и весь прочий арсенал.

Элеонора кивнула, достала из сумочки сигареты и заговорила уже обычным тоном:

– Она тоже хочет стать целительницей?

– Упаси Боже!
– замахал руками пиарщик.

– Тогда зачем ей знать нашу кухню?

– Писательница, - лаконично ответил тот.

Собеседница оказалась сообразительной и сразу уловила задачу:

– Имидж?

– Да, - кивнул Владимир Максимович.

– Сделаем, - заверила "ясновидящая".

– Не удивляйтесь, если Валентину Вениаминовну поведет не туда. Решив, что, пожалуй, сказал лишнее, Леснянский пояснил: - Она очень восприимчива.

Собеседница многозначительно хмыкнула, и рекламщик понял, что с этой прожженной особой можно не особенно скрытничать. Взяв заранее приготовленный конверт, он добавил ещё несколько зеленых купюр и, подмигнув, произнес:

– Только, чур, никому ни слова.

– Конфиденциальность гарантируется, - усмехнулась Элеонора.

– Ты где сейчас подвизаешься, Серж?
– Алла решила сменить тему, видя, что разговор ему тягостен.

– Все там же.

– Меня всегда удивляло, почему ты стал журналистом.

– Мне интересны люди. Особенно новые знакомые. Судьбы, психология.

– Но ведь ты очень добрый и искренний человек.

– Разве это мешает моей профессии?

– Наверное, у меня предвзятое отношение к твоим коллегам. Судя по тем, с кем я лично знакома, журналист непременно должен быть хватким, циничным и даже, в определенной мере, беспардонным. Образно говоря, лезть всюду, совать свой нос куда не просят и куда нельзя. Я полагала, что у вашего брата нет ничего святого, и ради сенсации вы готовы мать родную продать. А уж вывернуть чужое белье наизнанку, лишь бы состряпать броскую статью, и подавно.

– Ты ошибаешься. Журналисты все разные, впрочем, как и представители любой другой профессии. Все зависит от самого человека. Сознаю, что сказал банальность, но это так и есть.

– Тебе виднее, Серж. Правда, с твоего позволения, я все же сделаю скидку на то, что ты до сих пор склонен идеализировать людей и, будучи сам порядочным человеком, видишь в окружающих только хорошее.

– Мне приходилось общаться со многими известными бизнес-вумен, и на основании этого я тоже мог бы категорично утверждать, что всем им присуща хваткость, жесткость, мужской стереотип поведения. Однако же не всем. Вот ты, к примеру, совсем не такая.