Я вздохнула, но возражать не стала. Однако мне становилось все тревожнее. Сев за столик в кафе, я вдруг вспомнила, что мама ждет меня к позднему завтраку. Эта встреча настолько выбила меня из колеи, что я забыла обо всем на свете!

– Мне нужно позвонить, – сказала я своему спутнику, достала телефон и вернулась на улицу.

Мама взяла трубку не сразу – такое с ней часто случается – зато моментально заметила, что со мной что-то не то.

– Все в порядке, Ева? Ничего не случилось?

– Ннет, мам, все хорошо. Просто встретила старого знакомого и решила сходить с ним в кафе…

– Похоже, он сильно взволновал тебя…

– Да нет же, просто неожиданная приятная встреча.

– Ну хорошо, но я позвоню через пару часов проверить, все ли в порядке, – проницательно предложила мама.

– Ладно. Если хочешь, позвони.

На самом деле, конечно, это были пустые опасения. Если Халиб Насгулл захочет похитить меня, мама не сможет мне помочь. Но зачем бы он в таком случае стал отпускать меня на родину, а потом опять похищать? Это не рационально.

Вернувшись в кафе, я застала необыкновенную сцену: вокруг моего восточного друга сгрудилась целая группа девушек – в основном, молодых и симпатичных – и наперебой пыталась выяснить, что он хочет заказать.

– Что происходит? – спросила я у него, подойдя поближе.

– Официантка не говорит по-английски, – ответил он, и все посетители кинулись нам помогать.

– Спасибо, – обратилась я к многочисленным помощницам уже по-русски, – мы сами разберемся.

Меня обожгло, по меньшей мере, 5-6 недовольных, завистливых взглядов, а потом добрые самаритянки стали нехотя расходиться по своим местам. Я села рядом с Терджаном и заглянула в меню.

– Что ты будешь, чай или кофе?

– А ты? – он смотрел на меня с такой нежностью, что невозможно было не почувствовать теплоту в сердце.

Халиб, похоже, не заметил ни одной из этих красоток, жаждавших заполучить толику его внимания, и это было так трогательно.

– Я обычно беру латте и печенье или кекс.

– Ты многое теряешь, заливая кофе таким безобразным количеством молока.

Я улыбнулась:

– Возможно, я никогда не пробовала по-настоящему хорошо сваренный кофе, но его вкус кажется мне невыносимым без такого количества молока.

– Я как-нибудь сварю тебе, – пообещал Терджан, и у меня от этого мурашки побежали по телу.

Он же заказал чай Сен-ча и больше ничего.

– Чай труднее испортить, потому что его просто заливают кипятком, – пояснил мужчина.

– Тяжело тебе придется в нашем простом мире с такими изысканными вкусами…

– Ничего. Я приспособлюсь. На самом деле, я могу спать на земле, есть наполовину горелую – наполовину сырую баранину и пить ржавую воду. Просто немного расслабился в последнее время.

– Ты расскажешь мне, какие именно дела привели тебя сюда?

– Да, но позже. Сначала я хочу послушать, как ты жила эти несколько месяцев.

Я потупилась:

– Спасибо тебе… Наверное, ни о чем я так не сожалела за последние полтора года, как о том, что не могу поблагодарить тебя за мою свободу. Мне бы очень хотелось… как-то отплатить тебе за этот жест…

От избытка смущения я говорила все тише, а Терджан улыбался все шире, и в конце концов он подхватил меня за талию и усадил к себе на колени, а потом обнял, крепко прижав к себе:

– Я так скучал по тебе, маленькая птичка! А ты? Думала обо мне хоть немного?

Мне стало тяжело дышать, голова безбожно кружилась, а сердце буквально выпрыгивало из груди. Чтобы хоть немного вздохнуть, я слегка отстранилась, и сказала тихо:

– Да, конечно. Разве могла я забыть..? Но я боюсь…

– Опять?! – громко, эмоционально перебил он меня. – Ева, это переходит всякие границы! Мне начинает казаться, что ты никогда не чувствуешь себя в безопасности, и я тут совершенно ни при чем!

При помощи серьезных физических усилий, я выбралась из его объятий и предостерегла своего друга:

– Ты не дал мне договорить…

Тут подошел официант, который уже пару минут стоял в сторонке с подносом, не решаясь приблизиться к нашему необыкновенному столу:

– Можно? – осторожно спросил он.

– Да, конечно, – поправляя одежду и волосы, ответила я и села на стул.

Только теперь я вспомнила о платке на моей голове, сняла его и убрала в сумочку.

– У тебя такие красивые волосы… – хрипло произнес Терджан, неотрывно следя за тем, как я распускаю хвост и затем снова собираю его заколкой.