Шрифт:
Когда у дома водитель вынимал мой чемодан, рукав куртки слегка задрался, и мне в глаза бросились часы… Rolex!
Я схожу с ума! Швейцарская фирма меня сегодня преследует! Это мне знак свыше, что нужно копить свою зарплату в течение нескольких лет, чтобы купить себе что-то подобное?! Но зачем? Часы, безусловно, красивые, но мне-то они зачем? Я не выдержала:
– Подделка или настоящие? – задала вопрос я.
– Что, простите? – переспросил низким бархатным голосом таксист.
Что-то в этом голосе было для меня знакомо, но вот что, понять не могла.
– Ваши часы настоящие, или подделку у цыган купили?
Таксист посмотрел на свою руку и быстро одёрнул рукав.
– Это подарок, – буркнул он.
– Дорогой подарок! – не унималась я.
Вся эта эпопея с таксистами, шейхами, ролексами, бизнес-классом, отелем и прочими странностями стали меня заводить, и мне уже хотелось выяснить правду, откуда на мою долю выпадают такие крепкие голливудские таксисты с баснословно дорогущими мелочами на руках, и был ли в самолёте шейх.
– Угу.
На этот раз таксист хоть внешне и похож на супергероя телосложением, а к беседе с любопытной девушкой был не расположен.
– Наверно, богатый благодарный клиент вам попался, – предположила я.
– Именно! – отрезал он и посмотрел на меня, опуская чемодан и вытягивая ручку.
– Спасибо, до свидания, – сказала я.
– До встречи! – донёсся до меня тихий красивый со знакомыми нотками голос.
Дома меня встретила мама. Она так и не ложилась всю ночь. Ждала меня. Когда я вошла в квартиру, мама с облегчением вздохнула:
– Ну, наконец-то, доченька! Как же я переживала! Как всё прошло? – мама заглянула мне в глаза, будто чувствовала.
Я поняла, что у меня больше нет сил и желания держать всё в себе, и я просто разревелась в маминых объятиях…
***
Что чувствует мать, когда единственное, хотя уже давно взрослое, сокровище вдруг с рыданиями бросается в объятия?
Миллион различных мыслей проскакал в голове Софьи Васильевны в тот момент: от самых плохих до нестерпимо ужасных. Сердце матери разрывалось от боли. Однако мудрая Софья Васильевна внешне сохраняла спокойствие. Она решила сначала дать девочке выплакаться, а потом за чашкой успокоительного чая стала осторожно выяснять причины столь бурной реакции.
Лиза никогда не имела секретов от мамы. От такой проницательной родительницы ничего не утаишь, поэтому девушка даже и не пыталась.
Выложив всё как на духу, Лиза заключила:
– Буду искать себе другого научного руководителя, а если надо, новую диссертацию напишу!
Софья Васильевна покачала головой, но в душе возрадовалась, что самые ужасные догадки не подтвердились.
– Лиза, мне жаль твои труды. Может, всё ещё образуется. Он поймёт, что был неправ…
– Нет, мама, ты не знаешь Капранова. Раз позволил себе такое однажды, позволит и снова. Такие, как Николай Петрович, не меняются. Не хочу ни видеть его, ни взаимодействовать с ним.
– Раз так, тебе придётся уволиться с кафедры, иначе встреч с ним не избежать.
Лиза молчала. Увольняться из университета девушке не хотелось. Елизавете нравилась её работа. Да и куда она пойдёт с дипломом по востоковедению? Переводить манускрипты с санскрита? Их давно уже перевели все до неё, и даже если не всё, то, очевидно, не её эти манускрипты дожидаются.
– Хотя, с другой стороны, Николая Петровича тоже можно понять. Потерял он голову из-за тебя! Не сдержался, поддался эмоциям! Ты у нас вон какая красавица получилась! – Софья Васильевна нежно погладила дочь по плечу.
Лиза вздохнула.
– Как будто я в этом виновата! Зачем мне нужна красота эта, если из-за неё жить спокойно не могу!
– Не говори глупостей! – прервала Лизу Софья Васильевна.
– Мама, неужели ты не понимаешь, что мне просто крупно повезло и смогла сбежать от него?
– Повезло ли? – задумчиво произнесла Софья Васильевна. – Нет на свете везения, и нет случайностей. Всё происходит так, как предначертано судьбой. Может, тебя кто-то спас? Избавил от Капранова?
– Ты о чём мама?
– Странностей никаких не замечала?
– Да они меня постоянно окружают! Я из-за своего невроза уже зверей вместо людей вижу!
– Так, а вот с этого момента подробнее, – серьёзно проговорила Софья Васильевна.
– Ну, мамочка, перестань! Это я так для красного словца ляпнула.
– Зря ты не веришь, Лиза! – обиделась Софья Васильевна.
– Мама, ну конечно, я верю, особенно в твои сказочные повести. Они прекрасны! А ты у меня самая волшебная сказительница! Но так бывает только в твоих историях, жизнь слишком прозаична и сера. Где они твои полуоборотни? – Лиза развела руками и покрутила головой. – Если только Никап! Но он не полу, он настоящий оборотень!