— Удивительно, что во время операции никто из сотрудников не погиб, — сказала Анна.

— Похоже, нас хранила сама Судьба, — покачал головой Лаврентий, — зная наперед, с чем придется столкнуться — я бы не полез без вашей санкции.

— Что ж, — Анна покачала головой, — рано или поздно приходится брать на себя ответственность, не так ли?

— Верно, Ваше Величество, — кивнул глава разведки, и запустил грязную пятерню в свалявшиеся волосы, — но оно того стоило. У нас теперь есть неопровержимые доказательства, что наследник… — Он осекся, и продолжил через секунду, — что Арти жив, и находится именно в том варианте Костного Мира, который мы определили, как наиболее вероятный. Где вы живете второй жизнью. Более того — мы совершенно точно определили страну. Промашка вышла только с городом. Его судьба связана с двумя морскими городами: один на берегу теплого моря, другой — на берегу холодного. Точные названия мы сказать не можем, но предполагаем, что это Севастополь, Новороссийск, Сочи и Владивосток или Санкт-Петербург.

— Я специально подбирала свою рабочую специальность и карьеру так, чтобы иметь возможность путешествовать как можно больше, — Анна покачала головой, — я была почти во всех этих городах. Кроме Новороссийска.

— Наследник не находился там безвылазно, — возразил Лаврентий, — вы могли разминуться.

— Сведения, безусловно, очень ценные, — продолжала Анна, — но как они могут повлиять на нашу стратегию поиска? Единственное, что мы можем корректировать — это нюансы моего социального положения и карьеры там. Я не смогу взять эту информацию с собой.

— Через нашу агентуру мы инициируем большое количество командировок в приморские города.

— А что там с внешним наблюдением? — Спросила Анна, — удалось выяснить, кто вышел на меня и зачем?

— Удалось, ваше величество, — кивнул Лаврентий, — это были не чужие. Грегор проявлял бдительность. Вышел за пределы своих полномочий, разумеется. Думал, мы не сможем засечь. Его ячейка там очень слабая, все-таки такой бюджет скрыть почти невозможно. Мы ее полностью контролируем. Лично я думаю, что он ожидал какое-то ваше решение по престолонаследию, и решил перестраховаться на случай… — разведчик снова осекся, — на случай, если вы сочтете возможным не возвращаться в очередной раз. Зная о нашей преданности лично вам — такой шаг с его стороны выглядит логично.

— И находится на грани измены, — заметила Анна, — как думаете поступить?

— Ячейку не трогать. Контролировать информацию. Быть готовым использовать в ваших интересах.

Соблазн устроить выволочку Грегору был очень силен, но королева сдержалась. Когда высокопоставленные подданные начинают проявлять самостоятельность — это и плохо, и хорошо одновременно. Плохо потому, что каждому правителю в этой ситуации следует начать опасаться за свой трон. А хорошо — потому что это наглядный показатель того, что не перевелись в народе пассионарии; у страны есть будущее, которое не зависит даже от правящей династии. И все же уходить на покой в ближайшее время Анна не собиралась. Поэтому нужно было выяснить, как вообще такое стало возможным, и почему ее личная спецслужба, полумифическая Королевская служба охраны проморгала это дело.

Встреча с Питером, главой охраны, была назначена в глубине английского парка — на небольшом клочком земли, с трех сторон прикрытом отвесными скалами, а с четвертой — обрывом над обычно неспокойным в это время года морем. Разумеется, место это было максимально защищено родовой магией, и как нельзя лучше подходило для переговоров настолько секретных, что даже ее личная защищенная приемная не годилась для этого.

Для всех остальных придворных, включая главных разведчиков и премьер-министра, она удалилась, чтобы медитировать и заниматься йогой. Никто из них не знал, или, по крайней мере, не должен был знать о самом существовании Питера, равно как и о спецслужбе, которую он возглавлял.

Питер. Высокий атлетически сложенный брюнет. Пожалуй, единственный из ее приближенных, кто вызывал в ней женские чувства, и был способен разбудить потаенные желания. Однако Анна была слишком умна, чтобы иметь хоть какую-то личную жизнь в возрожденном ею королевстве. Конечно, в Костном Мире у нее бывали интрижки (некоторые из них даже грозили перерасти в нечто серьезное), но не дома. Да и Питер никогда не выходил за пределы профессиональных отношений, хоть и был бесконечно ей предан. Поначалу она даже думала, что он асексуален, и совсем не интересуется этой стороной человеческой жизни — семьи у него не было, женщин он избегал, но все оказалось иначе. Личная жизнь у него была, просто он прятал ее настолько хорошо, что даже королева, со всеми ее ресурсами, смогла разобраться что к чему только через несколько лет после того, как он занял пост главы ее личной охраны. Впрочем, это знание никак не изменило ее отношение к Питеру. Разве что добавило профессионального уважения — настолько тщательно он смог разделить личное и рабочее, чтобы одно не угрожало другому.

— Вы сделали это, Ваше Величество, — констатировал Питер. Несмотря на то, что голос звучал ровно, Анна чувствовала его бешенство.

— Да, Питер, — ответила она, таким же ровным голосом, — я говорила тебе о своих намерениях. И, надеюсь, ты принял их к сведению.

— Я полагал, что мне удалось отговорить вас.

— Заканчивай с этим, — сказала Анна, резко изменив тон, — я тебя услышала, и даже поняла. Хватит играть в оскорбленную невинность. Просто поверь, выбора действительно не было.

— Хорошо, — кивнул Питер, — если мы по-простому, то давай по-простому. Я думаю, ты подписала себе приговор. И заодно всему нашему королевству.

— У тебя есть конкретные сведения?

— Нет, — покачал головой Питер, — но мы работаем над этим. То, что они будут — это просто вопрос времени.

— Мы обсуждали это, — вздохнула Анна, — и приняли как неизбежность.

— Да! Но почему ты не дала нам времени подготовиться?

— Я застала врасплох не только вас, знаешь ли. Поэтому наступило твое время. Если что-то было, готовилось подспудно — сейчас они будут шевелиться. Не упусти момент!