Ушей Эрика коснулся отдаленный шум. Это по западной дороге из столицы Княжества, Крондора, подъезжал полуденный дилижанс. Эрик знал, что им скорее всего правит Перси из Риммертона, который не преминет завернуть в “Шилохвость”, чтобы дать лошадям возможность отдохнуть, а пассажирам - подкрепиться. Перси, тощий как жердь и с ненасытным аппетитом, обожал стряпню Фрейды.

Эрик не ошибся: грохот железных ободьев и стук копыт стали громче, и вот уже дилижанс вкатил во двор. Зычным “Тпру!” Перси остановил свою четверку. Регулярное сообщение между Саладором и Крондором открылось пять лет назад и приносило Джейкобу Эстербруку, богатому торговцу из Крондора, придумавшему и осуществившему это новшество, немалый доход; поговаривали, что теперь он собирается открыть еще одну линию между Саладором и Бас-Тайрой. Каждый дилижанс представлял собой обычную крытую повозку с откидным бортиком сзади, который в открытом состоянии превращался в ступеньку. Незамысловатые сиденья в виде пары досок вдоль бортов и грубые рессоры лишали пассажиров всяких надежд на комфорт, зато дилижанс в отличие от караванов передвигался быстро, почти со скоростью верхового, что для людей, лишенных возможности держать собственных лошадей, было немаловажно.

– Привет, Перси, - произнес Эрик.

– Эрик!
– жизнерадостно откликнулся Перси. На его длинной тощей физиономии красовалась неизменная ухмылка, обрамленная узорчиком из дорожной пыли. Он повернулся к двум своим пассажирам: один из них был с претензией на роскошь, а другой - малость попроще.
– Равенсбург, господа.

Мужчина, одетый попроще, кивнул и встал, собираясь сойти. Эрик любезно помог Перси откинуть бортик и спросил:

– Вы здесь задержитесь?

– Нет, - ответил Перси.
– Второй джентльмен направляется в Волвертон; там конец пути.
– Волвертон лежал в часе езды по направлению к Даркмуру, и Эрик понимал, что пассажир вряд ли захочет останавливаться на обед в двух шагах от места назначения.
– Оттуда я порожняком поеду в Даркмур, - продолжал Перси.
– Времени будет полно, спешить не надо. Скажи матери, что через пару дней я, с божьего дозволения, вернусь и уж тогда пусть ее прекрасные пироги с мясом поберегутся.
– Перси плотоядно погладил себя по тощему животу, и его ухмылка стала еще шире.

Эрик кивнул. Перси закрыл бортик, развернул упряжку и, пустив лошадей рысью, выехал со двора. Эрик повернулся к мужчине, сошедшему с дилижанса, чтобы узнать, не требуется ли ему комната, но тот уже скрылся за углом амбара.

– Сэр!
– окликнул его Эрик и поспешил вслед. Он обогнул амбар и подошел к кузнице как раз, когда незнакомец, поставив свой мешок на пол, снимал дорожный плащ. Мужчина был так же широк в плечах и так же крепок, как Эрик, хотя и на целую голову ниже. На голове у него была небольшая лысина, окаймленная длинными седыми волосами, которая придавала ему задумчивый, почти ученый вид. Брови у него были густыми и черными, хотя щетина, за время пути проступившая на его чисто выбритом лице, оказалась почти белой.

И он очень внимательно осматривался. А потом, повернувшись к Эрику, в изумлении застывшему у него за спиной, неожиданно сказал:

– Ты, должно быть, ученик. Кузница у тебя в порядке, юнец. Это хорошо.

Голос у него был со слабой гнусавинкой, характерной для уроженцев Дальнего Берега или Закатных островов.

– Кто вы?
– спросил Эрик.

– Мое имя Натан. Я новый кузнец, направленный сюда из Крондора.

– Из Крондора? Новый кузнец?
– Эрик был в замешательстве, и на его лице оно, вероятно, отразилось, потому что приезжий, вешая плащ на колышек в стене, пожал плечами и пояснил:

– В гильдии спросили, хочу ли я получить эту кузницу. Я сказал “да”, и вот я здесь.

– Но это моя кузница, - сказал Эрик.

– Таково предписание барона, парень, - ответил Натан, и в голосе его появилась твердость.
– Ты можешь уметь многое - и даже обладать талантом, - но в военное время тебе придется чинить оружие и ухаживать за лошадьми кавалеристов, а также за рабочими лошадьми фермеров.

– Война!
– воскликнул Эрик.
– Войны не было в Даркмуре со времен его завоевания!

Натан быстро шагнул вперед и, положив руку Эрику на плечо, крепко его стиснул.

– Я понимаю твои чувства. Но закон есть закон. Для гильдии ты - всего лишь ученик...

– Нет.

Кузнец нахмурился.

– Нет? Твой мастер не зарегистрировал тебя в гильдии?

Эрик, в душе которого боролись два чувства - раздражение и ирония, сказал:

– Мой бывший мастер почти все время был пьян. С десяти лет я делал здесь практически всю работу. Много раз он обещал съездить в Крондор или Рилланон и оформить мое ученичество. Первые три года я просил его послать уведомление королевской почтой, а потом... Потом я был слишком занят, чтобы все время напоминать. Он умер два месяца назад, и до сих пор никто не жаловался, что я не справляюсь с работой.

Кузнец потер подбородок и покачал головой:

– Н-да, юнец, незадача. Ты на три года старше большинства из тех, кто только начинает учиться...

– Начинает!
– воскликнул Эрик. Раздражение в нем постепенно стало брать верх.
– Я могу потягаться с любым кузнецом из гильдии...

Натан побагровел.

– Не в этом дело!
– проревел он, и гнев придал его голосу достаточно мощи, чтобы заставить Эрика замолчать.
– Не в этом дело, - повторил он тише, увидев, что Эрик слушает.
– Ты можешь быть лучшим кузнецом в Королевстве, даже во всей Мидкемии, но в гильдии об этом никому не известно. Ты не внесен в список учеников, и ни один человек, имеющий звание гильдмастера, не поручится за тебя. Поэтому ты должен начать...

– Я не собираюсь учиться еще семь лет!
– сказал Эрик, раздражение которого достигло предела.

– Если ты еще раз перебьешь меня, парень, мне придется дать тебе урок вежливости, - сказал Натан.

По виду Эрика было заметно, что он ничуть не чувствует себя виноватым, но все же он промолчал.

Натан продолжал:

– Ты можешь отправиться в Крондор или Рилланон и обратиться в гильдию. Тебе устроят экзамен. Если ты проявишь хорошие знания и навыки, тебя допустят к ученичеству, и, быть может, даже сразу дадут тебе степень подмастерья, хотя лично я в этом сомневаюсь. Будь ты даже лучшим кузнецом в мире, существуют неписаные правила. Добрячков, которые осчастливят тебя следующей степенью, не заставив заработать ее горбом, мало. И кроме того, всегда есть опасность, что тебя без всякого экзамена назовут самонадеянным невеждой и вышвырнут на улицу.
– Последние слова были сказаны таким жестким тоном, что Эрик вдруг осознал - чтобы заработать свой значок мастера, этот человек провел по меньшей мере лет семь в учениках, а потом, быть может, вдвое больше в подмастерьях, и для него слова Эрика звучали как детское хныканье.
– А еще ты можешь пройти ученичество здесь, в своем родном городе, где у тебя есть семья и друзья, - только надо набраться терпения. Если ты и впрямь такой умелый, как говоришь, я выдам тебе поручительство при первой же возможности, и ты получишь право просить собственную кузницу.