Эрик опять хотел возразить, что у него уже есть кузница, но промолчал. Натан продолжал:

– И последний вариант. Ты можешь сегодня же убраться отсюда и стать независимым кузнецом, на свой собственный страх и риск. Если у тебя есть способности, с голоду ты не помрешь. Но без значка ты сможешь открыть кузницу только в самой глухой деревушке, если, конечно, не захочешь поселиться у самой границы. Ни один нобиль никогда не доверит своих лошадей и оружие никому, кроме гильдмастера. А обычные богатей не станут иметь дело ни с кем, кроме гильдейского подмастерья. Это значит, что как бы даровит ты ни был, ты навсегда останешься не более чем простым жестянщиком.
– Он замолчал. Эрик тоже не говорил ни слова, и через мгновение Натан продолжил:

– Задумался? Это неплохо. Итак, подведем черту: ты можешь остаться и совершенствовать свое мастерство, а я, имея под боком лишнюю пару рук, обладателя которых не надо учить каждой мелочи, буду считать, что мне повезло. А можешь отсиживаться в углу, обижаться и думать, что знаешь больше меня, - и это никому не пойдет на пользу. В этой кузнице есть место только для одного мастера, парень, и этот мастер - я. Так обстоит дело, и таков перед тобой выбор. Тебе нужно время подумать?

Эрик немного помолчал, а потом сказал:

– Нет. Я уже все обдумал, мастер Натан.
– Он вздохнул и добавил:

– Вы правы. В кузнице должен быть только один мастер. Я...

– Выкладывай, парень.

– Я хозяйничал здесь так долго, что стал считать эту кузницу своей и надеялся, что гильдия отдаст ее мне.

Натан коротко кивнул:

– Понятно.

– Вы не виноваты в том, что Тиндаль был разгильдяем, а время, которое я провел здесь, пропало впустую.

– Довольно, парень...

– Эрик. Меня зовут Эрик.

– Довольно, Эрик, - сказал Натан; внезапно он сильно размахнулся и наотмашь ударил Эрика так, что сбил его с ног.
– Я же сказал - если перебьешь меня снова, я научу тебя вежливости. А я человек слова.

Эрик сел, потирая челюсть. На его лице было написано изумление. Он понимал, что кузнец ударил вполсилы, но все равно ему было очень больно.

– Да, сэр, - произнес он, придя в себя.

Натан протянул руку, и Эрик принял ее. Кузнец помог ему встать.

– Я собирался сказать, что время, потраченное на овладение ремеслом, никогда не пропадает впустую. Тебе не хватает только рекомендаций. Если ты действительно так хорош, как о себе думаешь, то будешь аттестован за минимально требуемые семь лет. Обращаясь в гильдию с просьбой о собственной кузнице, ты будешь старше многих подмастерьев, но далеко не самым старым, уж поверь мне. Эти парни тяжелы на подъем и обычно не уходят от мастера, пока им не перевалит за двадцать пять. Запомни, парень: ты получишь допуск к самостоятельной работе позже остальных, но ты начал учиться на четыре года раньше. Знание остается знанием, а опыт - опытом, и потому, чтобы пройти путь от подмастерья до мастера, тебе потребуется гораздо меньше времени. В конечном счете ты останешься в выигрыше.
– Он повернулся на каблуках, словно заново осматривая кузницу:

– И, судя по тому, что я здесь вижу, если ты возьмешься за ум, мы отлично поладим.

В последней фразе было столько открытого дружелюбия и участия, что Эрик забыл о своей ноющей челюсти. Он утвердительно кивнул:

– Да, сэр.

– А теперь покажи мне, где я буду спать.

Без всяких указаний Эрик подхватил дорожный мешок кузнеца и его плащ.

– У Тиндаля не было семьи, поэтому он спал здесь. Сзади есть маленькая комнатка, а я спал на чердаке.
– Эрик пожал плечами.
– Когда он умер, я даже не подумал о том, чтобы перебраться в его комнату. Наверное, привычка.
– Выйдя через заднюю дверь, он подвел Натана к пристройке, которую Тиндаль приспособил под спальню.
– Мой бывший мастер редко бывал трезв, и я боюсь, что комната...
– Эрик распахнул дверь.

Их встретила такая вонь, что он поперхнулся. Натан чуть помедлил, потом отступил на шаг и сказал:

– В свое время мне приходилось работать с пьянчугами, парень, это запах прокисшей блевотины. Никогда не пытайся утопить свои беды в вине. Это медленная и болезненная смерть. Смело встречай их, а одолев, забывай про них.

Что-то в его голосе подсказало Эрику, что Натан не просто повторяет старую мудрость, а говорит убежденно.

– Я наведу здесь порядок, сэр, а вы пока отдохните в трактире.

– Пожалуй, мне лучше лична познакомиться с трактирщиком, в конце концов он - мой арендатор. И кроме того, я не прочь перекусить.

Внезапно Эрик осознал одну вещь, о которой до сих пор не задумывался. Должность кузнеца предоставлялась гильдией и патент давал исключительное право на работу в городе, но в остальном кузнец, как любой ремесленник или лавочник, должен был сам подыскать и оборудовать себе рабочее место.

– Сэр, у Тиндаля не было семьи. Кому...

Натан положил руку Эрику на плечо.

– Кому я должен заплатить за инструменты?

Эрик кивнул.

– Мои собственные инструменты идут медленной скоростью и прибудут со дня на день. У меня нет ни малейшего желания присваивать то, что не принадлежит мне по праву.
– Натан в задумчивости поскреб отросшую за день щетину.
– Договоримся так: когда ты соберешься покинуть Равенсбург и начать собственное дело, то заберешь их. Ты был его последним учеником и по традиции именно ты должен выкупить у вдовы все инструменты. Но семьи у него не было, так что и выкупать не у кого, не так ли?