А когда через пару дней, тридцатого числа, я заглядываю в свой инстаграм и привычно почти с безразличием листаю входящие сообщения, ник одного из отправителей и его аватарка заставляют палец нервно дернуться.

«Призрак», но написано по-английски с тремя шестерками в конце.

И даже в маленьком окошке фото профиля я узнаю его лицо, только теперь заметно более худое и с выразительной сединой в щетине.

Ему ведь только около сорока, как будто, а выглядит довольно… зрелым, если не сказать, старше лет на пять.

Я точно так же заблокировала все его контакты и перекрыла кислород по всем каналам, где он пытался со мной связаться. Но у меня новая страница, о ней Призрак точно ничего не знал. Как-то нашел? Именно сейчас, после того, как свекровь решила испортить мне жизнь?

С самым паршивым предчувствием на планете, я открываю входящее сообщение.

«Маша, это действительно моя дочь?!!!!»

«Почему ты скрыла?!! Я имел право знать!!!»

Мои зубы начинают стучать от паники, а палец никак не может попасть в проклятую кнопку блокировки контакта.

Даже если это совпадение…

Хотя, какое совпадение. Кого я обманываю?!

Я ссаживаюсь с дивана на детский коврик, по которому Дашуля разбросала все свои игрушки, и продолжает доставать новые из большого разноцветного ящика.

— Ыыыы? — Она тычет мне в лицо сшитого из лоскутков Петрушку — Марусин подарок, она сама его сшила.

Я проглатываю слезы.

Меня разрывает от желания просто… поговорить.

Выплеснуть болото из своей души.

Рука сама тянется к сумке — она стоит тут же, на диване, потому что я как раз собиралась сделать пару записей в ежедневник.

Визитка лежит на самом дне, уже порядком потрепанная несмотря на добротную матовую ламинацию и плотный картон. Я мало что понимаю в автосленге, но, кажется, бизнес Великана за последний год хорошо взлетел, раз у него теперь какой-то свой автоцентр.

На обратной стороне нет мобильных номеров, только два стандартных длинных.

Набираю первый и почти сразу мне отвечает приятный мужской голос.

— Мне нужен Стас, — говорю я.

— Мне жаль, но мы не предоставляем… — пытается отделаться стандартной отмазкой.

— Господи, да я знаю. Запишите мой мобильный и передайте, что Маша… Отвертка просит перезвонить.

Я была готова, что обо мне Стасу напомнят только после праздников, но телефон звонит уже через пару минут, и на том конце связи я слышу знакомый баритон.

— Правильно я понимаю, что у тебя опять что-то стряслось? — Стас, как обычно, начинает разговор без стандартного «Привет». — Когда мы виделись в прошлый раз, у тебя был вид женщины, которая скорее поцелует шпалу на морозе, чем перезвонит такому как я.

— Ты уже украсил елку? — нервно смеюсь.

— Неа.

— Ты же покупал игрушки, — пытаюсь вспомнить, видела ли в его руках коробку с елочными украшениями.

— Ближе к телу, Отвертка.

— Пригласи нас на Новый год. Как друг.

— Нас? — переспрашивает он.

— Меня и дочку.

— Я за город еду, у меня там Избушка на Курьих ножках, но с печкой. Устроит вас?

— Да, — с облегчением выдыхаю я. — Конечно, да. Спасибо.

— Только, Отвертка. — Слышу, как он озадаченно скребет голову. — Единственное, что я знаю о детях — это что они мелкие, орут, ходят под себя и у меня их, слава богу, пока нет. Так что нянька из меня так себе.

— Я возьму много памперсов, и Даша прекрасно спит всю ночь.

— Ну тогда договорились. Хавчик не бери — я все куплю. До связи.

Стас удивляет меня с первой минуты встречи.

Я настояла на том, чтобы пересечься в маленьком кафе на окраине столицы — не хотела, чтобы он заезжал ко мне домой. Не потом что опасалась слухов или разговоров за спиной — мне уж давно плевать на мнения людей, которые для меня ничего не значат и никак не влияют на мою жизнь.

Просто, когда Гарика не стало, я поклялась себе в трех вещах.

Никогда не влюбляться.

Никогда не выходить замуж.

И никогда не приводить в наш с им дом других мужчин, даже просто друзей.

Но, по-моему, Стасу было все равно, где меня «перехватить» — только снова предупредил, что может немного задержаться и, кажется, проворчал в трубку что-то про тупоголовых «мажоров на папиных тачках».

Я ставлю свой «Мерседес» на стоянке неподалеку от кафе — на всякий случай оплачиваю сразу неделю. Передали сильные снегопады, так что из пригорода вернуться в Москву может быть проблематично. Наверное, меня бы должна была насторожить перспектива провести с почти незнакомым мужчиной наедине столько времени, да еще у черта на рогах, но я привыкла доверять интуиции. По крайней мере, по работе она меня точно еще ни разу не подводила.