– Он просто выполняет свою работу.

– А вы будете выполнять свою так же непреклонно?

Наконец он собрался с силами, чтобы встретить ее взгляд.

– Если вы хотите спросить, буду ли я убеждать Кита Фэрфакса отказаться от женитьбы на вас, боюсь, мне придется ответить утвердительно.

– А могу ли я сделать что-нибудь, чтобы вас переубедить?

– Зачем? Если он действительно любит, никакая сила не заставит его оставить вас.

Эмми не стала даже отвечать. Да, этим Броди не так-то просто управлять. Надо постараться найти Кита раньше, чем он.

– Расскажите мне о Фэрфаксе, – предложил Броди.

Эмми с подозрением взглянула на него.

– А что вы хотите знать? – Как вы познакомились?

– Он пришел в «Астон» для оценки работ.

– На аукцион?

– Мм… Я там работаю.

Броди как-то не приходило в голову, что Эмеральда Карлайзл вообще может где-то работать.

– Он покупал или продавал?

– Его договор на аренду художественной мастерской подходит к концу. – Она замолчала, запоздало почувствовав западню. – Человеку искусства не так-то просто получить заем, – сердито добавила она.

– Зависит от того, насколько ты преуспеваешь.

– Он очень талантливый. И он будет иметь успех. Но сейчас… – Она пожала плечами.

– Я вижу, это не очень легко. – А еще он видел, что этот парень вполне мог просто стараться подыскать себе такую вот доверчивую богатую невесту. – И это была любовь с первого взгляда?

После едва заметного колебания она ответила:

– А как же иначе?

Броди взглянул на скромное обручальное колечко на ее пальце. Оно смотрелось необычайно трогательно.

– Теперь он во Франции и ждет вас. Не хотите ли сообщить мне, где именно? Она легонько вздохнула:

– Я и так сказала слишком много. Этот вздох не убедил Броди, но и настаивать он не хотел. Допил кофе и, извинившись, вы шел на минуту. По пути сюда он заметил телефонную кабину. В машине у него был сотовый телефон, но ему не хотелось, чтобы Эмми знала, что он куда-то звонит. Броди быстро набрал номер.

– Сыскное агентство «Марк Рид», – услышал он лаконичный ответ.

– Марк, это Том Броди. Насколько я понял, вы занимались сбором информации о некоем Ките Фэрфаксс для Джералда Карлайзла?

– Если и да, то что?

– Мне сообщили, что он во Франции. Вы имеете хоть какое-то представление, где именно?

– Никакого. Меня просто попросили разузнать все, что возможно, о нем и его окружении, когда мисс Карлайзл стала им интересоваться.

– А каких-нибудь связей с Францией вы не обнаружили? Может быть, у него есть там друзья, у которых он может остановиться?

– Если и есть, мне об этом неизвестно. Но я точно знаю, что своих денег на проживание у него нет. – Рид немного помолчал. – Можно посмотреть на дело с другой стороны. У мисс Карлайзл может быть сколько угодно друзей, имеющих деревенские дома где-нибудь в Дордони или Провансе.

Броди едва не зарычал.

– Просто попробуйте откопать еще что-нибудь, хорошо? Может быть, он оставил соседям телефон на случай каких-нибудь происшествий.

– Может быть, конечно, но только сомневаюсь, что он стал бы думать о подобных мерах. Парень, по-моему, немного не от мира сего.

– Сделайте, что возможно.

Затем он решил позвонить Джералду Карлайзлу. Но потом передумал. Эмеральда Карлайзл – не его проблема. По крайней мере перестанет ею быть, как только он довезет ее до дома.

Когда Броди вернулся к столику, Эмми отошла в дамскую комнату, чтобы припудрить нос. Он оплатил счет и посмотрел на часы, прикидывая, сколько времени займет возвращение в Лондон. Надо было также перепланировать свое расписание, учитывая розыски Кита Фэрфакса.

– Все в порядке, сэр? – спросила Бетти, вытирая стол.

– Да, спасибо. Только… – Он снова посмотрел на часы. Что-то слишком долго Эмми пудрит нос… Его укололо тревожное предчувствие. – Бетти, вы не могли бы заглянуть в дамскую комнату? Я немного беспокоюсь о моей спутнице.

– Без проблем. – Она ушла и через полминуты вернулась, с трудом сдерживая улыбку. – Молодой леди нет. Но она оставила там для вас послание. Вам лучше посмотреть самому.

На длинном зеркале жидким зеленым мылом было выведено: «Спасибо, Галахад. Я пришлю вам приглашение на свадьбу». Ниже она поставила витиеватую подпись и подвела жирную черту.