Так что я знай себе подкидывал полешки, держа максимальный жар. Блины тоже получились отменные — с хлебом (в формате лепешки) и отдельной печью для него я уже не рискнул связываться. Еще меня до последнего не оставляли сомнения в количестве взятого мяса, но тем-то и хороша шаурма (в данном случае — блинурма), что содержимое начинки может колебаться в широких пределах. И готовится достаточно просто и быстро, и испортить сложно, если хоть немного опыта есть. И пахнет уже готовая так, что и мёртвого поднимет! После секса наутро всегда особенно хочется жрать. Ну а кофе в постель вообще классика же. Правда, до последней я добраться не успел.

— Еда! — ну, кто б сомневался в тебе, Танцующая.

Между прочем, накинуть платье волкодевушка (или все-таки собакодевушка?) не забыла. В отличии от минотаврихи, прицокавшей копытами в чем мать родила.

— М-м-м…

Секунд двадцать мне пришлось потратить, преодолевая “магию” огромных, манящих, с набухшими сосками… Чудовищным усилием разорвав зрительный контакт, сумел-таки налить ей кофе. А вот оборотня, пустившую слюну и шепчущую “молочко-о-о-о!” пришлось ущипнуть за ухо. Кстати… я только сейчас подумал: а откуда у нас тут сыр? Я правильно понимаю, что? Ух, не знал, что осознание и этого факта может только сильнее возбуждать!

Гарпия, тоже не забывшая одеться, проигнорировала протянутую мною кружку и взялась за половник. Пара цепких пальцев на сгибе крыла, не могла полноценно заменить руку, но в бытовых вопросах разобраться помогала. С поварежкой, во всяком случае, она справилась ловко. И р-раз, и два, и…

— Это что за питье такое… горячее?!

— Кофе называется, — я протянул ей воду в глиняном кувшине. — Ты не в курсе, что у вас в кладовой лежат?

— Буль-буль-буль. Этим Шона и Лана обычно занимаются, — без интереса протянула она, не забыв рассеянно подхватить и откусить блинурму.

Так, Лана понятно кто, а Шона — это ламия. У них не просто племена, а целая самобытная народность — из-за чего мне пришлось тогда делать дурацкий квест с козой. Имена игроделы почему-то стилизовали под японские: Шона Широхэби, то есть Шона из рода Белых Змей.

— Дорогой, нужно было всего лишь меня разбудить, я бы все сделала! — на кухню подтянулась дорогумо, и я тут же понял, что остальные платья не “надели”, а “небрежно спросонья натянули”.

Паучиха еще и передник где-то раздобыть успела.

— Право слово, не стоило труда, мой господин… — она тем временем подхватила еще одну завёртку с общего блюда и осторожно надкусила. — Ой. Это же… вкусно?!

Тем временем лошадиная — или коровья? — доза кофе подействовала на минотавра. Она душераздерающе зевнула, в глазах появился осмысленность… и тут же опаска, стоило ей заметить Лану. Впрочем, рогатая быстро успокоилась, поняв, что на неё не обращают внимание.

— Я бы не стал готовить, если бы не был уверен в результа… — гарпия вдруг подпрыгнула, и, подняв ветер крыльями, буквально унеслась в коридор, где тут же хлопнула дверь. — …те.

— А напиток? — абсолютно проигнорировав демарш птицы, спросила меня паукодевушка.

— Обычный кофе.

— У нас в замке нет кофе, мой господин, — с некоторым нажимом уведомила меня дорогумо.

— Взял из мешка в кладовке, благо он там жареный и молотый уже… Что?

— Из мешка в комнате Шелы? — с ледяным неестественным спокойствием переспросила она меня. Подождала. Осторожно выдохнула. — Ну, раз мы тут все не бъемся в конвульсиях, наверное, ничего страшного.

Значит, дриаду зовут Шела. М-да, как-то неловко получилось…

Поразмышлять о произошедшем казусе мне не дала Кирби. Птица вернулась, таща за собой мольберт, палитру с красками и кисти. С громким стуком утвердила свой инструмент прямо посреди кухни и начала рисовать. Судя по первыми мазкам, картна должна была называться “Сисястый минотавр за завтраком”.

— Звёздочка, опять голышом расхаживаешь?! — наконец-то обратила свое внимание на соседку по гарему Лана. Интонация была такой, что у меня пропали последние сомнения, кто выдрессировал мое монстро-женское общежитие носить платья. Минотавр вздрогнула, но не двинулась с места, позируя птице. Судя по всему, по поводу служения натурой художнице в тесном и слаженном коллективе была негласная договоренность. Интересно, кофе у них, значит, нет, а вот художественные принадлежности откуда-то взялись.

— Мой господин, с добрым утр… днем! — из коридора грациозно выползла ламия. Причесанная, идеально одетая — в том числе не забыла натянуть ту самую свадебную жилетку — и с аккуратно нанесенным макияжем. Теперь уже паучиха казалась не столь нарядной и степенной. Широхэби чинно приблизилась, опустив очи долу… обняла и поцеловала. Разумеется, я ответил на поцелуй. Который получился несколько более затяжным и горячим, чем, похоже, змея рассчитывала. Во всяком случае, когда мы оторвались друг от друга, взгляд супруги, брошенный окрест, оказался не победным, как она явно рассчитывала, а ошарашенный. А я… в общем… Ну, в конце концов — они ведь все мои жены. И вчера никто не отказался от ночи любви.