Тот сидел злой как чёрт и вертел в руках “Шута и монеты”.

— Что это?! — рявкнул он при моём появлении.

— Безделица, Великий.

— “Безделица”, по которой сходит с ума половина гадин из моего окружения, а вторая половина мечтает заполучить?! Знаешь, где я это раздобыл?! Вчера у одного идиота отнял — тот, заигравшись, спрятать не успел! Слышишь?! Отнял, а не у себя со стола взял! Ты на кого работаешь, паскуда? Кого развлекать должен?! Меня или… уже не меня?

— Без сомнения, предан Вам всем телом… точнее, умом, но предлагать целому Императору подобное не решился. У Вас вся страна для “сбора монеток”, а не какой-то там дрянной амулетик.

— Я всю ночь в него играл! Фавориток вышвырнул и играл! А ты от меня скрыл, враг Короны! Сгною!

— Позволь доказать свою невиновность, Великий! Пусть для этого принесут то, что я привёз с собой. Думаю, что мой проступок станет более понятен.

— Что там?!

— Дар, достойный Императора!

Минут через десять заинтригованный Владыка рассматривал на столе непонятное сооружение.

— И? — молвил он, так ни до чего и не додумавшись.

— Как я и говорил, “Шут и монетки” — сущая безделица, которая нужна была для одного… Для создания подобного! — начал объяснять я. — Этот ящик — энергетический. Питает всю конструкцию в течение месяца. Он соединён с другим ящиком — вот с этим, в котором спрятан уникальный набор амулетов. Картинка, как и на “Шуте”, выводится на экран, но не на малюсенький, а огромный. Он тоже перед тобой, мой Император. Есть два рычага управления с кнопками…

— Заканчивай мне голову дурить! Как работает?

Я включил игруху и прошёл несколько уровней, кромсая и стреляя супостатов направо и налево. Ипрохан проникся быстро.

— Смотри! За камнем прячется! Так его! Руби! Руби! Осторожно, сзади! Ишь, как кровищей брызнул! — постоянно раздавались его комментарии. — Идиот! Тебя убили! Ты куда смотрел?!

— Твоё Императорское Величество, специально поддался. Не мне, шуту, в подобное играть, а тому, кому я верно служу.

— Правильно! А ну-ка, прочь с кресла!

Почти полтора часа осваивал Ипрохан стрелялку, которую я пафосно назвал ”Имперское величие”. Особенно порадовало то, что мы с Юнолиной предусмотрительно сделали магически-бронированный экран, так как наш царёк-королёк во время очередной своей смерти не от кого-то там, а от самого Владыки Великих Песков, запустил в него недопитым кубком с вином, заляпав всё в округе, но не саму игру. Чую, подобное повторится не раз…

— Я доволен, Илий! — во время очередной своей “смерти”, на минуту оторвавшись от побоища, сказал он. — Можешь возвращаться в Босвинд.

— Разрешите задержаться на сутки? Жену давно не видел.

— Разрешаю! Заслужил! Но не более того! Свободен!

Фанни была у себя. Увидев меня, она молча подошла и обняла.

— Привет! Ты чего такая грустная? Аль не рада? Аль любовник сейчас в окно неудачно выпрыгнул?

— Я видела тебя сейчас у Ипрохана… Уже второй раз видения, где он тебя убить готов по-настоящему… — не приняла она шутливого тона. — Страшно мне, Илий… Что будет на третий?

— Не бойся. И на третий раз, и на четвёртый отбрешусь.

— Не будь таким самоуверенным. Если не получится? Что тогда?

— Тогда сам его грохну, возьму тебя в охапку и попрошу Черныша спрятать нас в каком-нибудь прекрасно-распрекрасном мире. Я видел — он это может легко.

— Когда видел? — отстранившись, серьёзно спросила меня жена. — Что-то произошло?

— Можно сказать и так. Помнишь договор с демовилуром? Пришлось исполнить свою часть.

— А подробнее? Чувствую, что без проблем не обошлось.

Я честно и без прикрас рассказал ей о своём недавнем приключении.

— Три дня… И мне никто ничего не сказал!

— А зачем, Фань? Ну что бы ты сделала?

— Да я всю столицу разнесла! Я бы…

— Ага. А потом появился я и пришлось бы тебя из пыточной выкрадывать. Поэтому и не сказали. Нервы и будущих детей берегли.

— Да понимаю всё! Но даже Сыч соврал, когда я спросила, почему от тебя долго весточки нет! Сказал, что в Босвинде проверяют новую магическую защиту и никто туда не суётся, чтобы не сбить какие-то там настройки.

— Это Греяна его надоумила.

— Вот-вот! Она знала, а не родная жена!

— Хочешь, пару тарелок принесу?

— Зачем?

— Шваркнешь об стену, успокоишься и головушкой своей красивой подумаешь. Все действовали во благо. Даже Греяна.

— Ты прав… Опять за старое принялась. А тарелки неси, но только с едой. Когда понервничаю — сразу кушать хочется. Жру как лошадь… Уже не лезет, а всё равно жру! Скорее бы уже родить, а то достали эти постоянные психи и вечный голод. А тут ещё и эти двое…

— Кто и чего?