— Да Парб со Штихом разругались и не разговаривают друг с другом! Это всё носатый виноват! Помнишь сестрёнок Ланирии? Вот каждой из них Хитрован на ушко нашёптывал, какая она очаровательная и неповторимая. Поверили обе дуры! Одна другой рассказала о своей “неповторимости” и сцепились! Потом сцепились с Ланирией, та с Парбом, а Парб…

— Понятно. Насколько серьёзный конфликт?

— Штих в мою прошлую комнату перебрался, а репетиции напоминают подготовку похоронной команды.

— Весело…

— Ага. Обхохотались все. Что делать-то будем, Илий? Я в их дела не лезу, зная себя. Понимаю, что ещё хуже натворю, но и так оставлять нельзя.

— Завтра… Всё завтра. Ночи слишком короткие, чтобы разборки устраивать.

Утром все собрались вместе. Ребята тепло меня поприветствовали, но запашок разлада витал в воздухе, внося некоторую напряжённость.

— Не буду долго рассусоливать! — начал я. — Колокольчик мне всё рассказала про ваши разногласия и обидки. Штих, ты зачем девкам головы дуришь? Надеюсь, до ненужного не дошло? Это не дворцовые ветреницы, а приличные барышни.

— В мыслях не было дурить! А в постель… Я что? Самоубийца? Они действительно красивы и прочее. Что такого в моих словах? Восторгался прекрасным и не более!

— Ясненько… Небось с придыханием говорил на ушко?

— Ну, как получится. Разве это важно?

— А ты что, Лан, поведаешь? Что сеструхи говорят: охмурял или просто болтал всякие приятности?

— Куда не надо, по их словам, вроде не лез… Но глаза горели!

— Я по-дружески! — попытался оправдаться Хитрован.

— Заглохни! — рыкнул я. — “Додружился”, блин! Теперь из-за тебя все перессорились!

— Ага… Штих виноват там, Штих виноват тут, а все, прям, Творцами деланые! Один я…

— Почему один? И сёстры виноваты. Мозги иногда включать полезно, а не только уши развешивать. Нафантазировали на полуровном месте и давай отношения выяснять. Ладно бы сами, но и на Ланирию попёрли, будто бы она в этом замешана. Между собой спокойно поговорить тихо не могли и по длинному носу настучать напару. Да и Скала с жёнушкой своей виноваты тоже. Зачем полезли в чужие разборки? Кто следующий в них втянется? Пятый стражник восьмого коридора? Короче! Предлагаю выход… А давайте женим Хитрована на одной из них? Монетку кинем и выберем “счастливицу”, раз сразу на двоих закон не позволяет.

— Чего?! — первая вскочила Ланирия. — Чтобы моих сестрёнок, словно вещи монеткой для какого-то шута разыгрывали?!

— Что значит “какого-то”?! — вскинулся Парб. — Вот так ты и обо мне думаешь?! Штих хоть и дурак, но нормальный, в отличие от твоих клуш!

— Они хорошие! Не смей так называть!

— Фиг тебе, Илий! Свободу ни на что не променяю! — не менее громко заявил Хитрован. — Я ещё себя и Ланириных сестёр уважаю, чтобы так поступать по-скотски!

Минут пять стоял ор с выяснением отношений. Наконец, все как по команде замолчали и недобро уставились на меня.

— Припёрся, называется! — буркнул Скала. — Помощничек…

— Вмазать бы тебе! — согласился с ним Штих.

— Сволочь… Всех окончательно рассорил! — это уже прилетело от Лан.

— Смотри, дорогая, как ненависть людей объединяет! — вальяжно развалившись в кресле, сказал я офигевшей от происходящего Фанни. — Даже разговаривать между собой стали без посредников и морду мне готовы набить дружно всем своим недружным коллективом. Красота! Ток, ты поосторожнее теперь с ними. Я-то завтра в Босвинд укачу, а они на тебя всю злость перекинут. Привычка у них такая. “Дедка за репку, бабка за дедку, внучка за бабку, жучка…” Короче, вы поняли — я вам эту сказку рассказывал. Ты, Колокольчик в этой цепочке мышкой будешь. Им же сложно надоумить парня и двух девиц, чтобы нормально поговорили между собой — гораздо легче в чужие отношения встрять и виноватого на стороне искать. Ты крайняя по всем раскладам получаешься.

— Фанни не приплетай! — возмутилась Ланирия. — Она в этом не участвовала и со всеми ладит!

Парочка шутов синхронно кивнула, соглашаясь с Лан.

— Поэтому и ладит, что не лезет. Кто вам мешает последовать мудрому примеру? А репетиции сегодня не будет, и мой вам совет: сядьте, обсудите спокойно, не беря друг друга “горлом”, и решите проблему. Кто тихо говорит — к тому прислушиваются. Пойдём, Колокольчик, это не наша с тобой война.

Утром вся банда вышла меня провожать. Ланирия кораблём выплыла вперёд и, улыбнувшись, протянула свою ладонь.

— Разобрались, Илий. Приезжай почаще! Нам тут тебя сильно не хватает — сам видишь, что из нормальных — только Фанни и то с оговорками.

— Куда ж я без вас?! — с удовольствием пожал протянутую руку. — Что с этими решили?

— Запрём их в комнате, — за жену ответил Парб. — Пусть хоть волосы друг на дружке повыдёргивают или носы порасквашивают — неважно. Правильно ты сказал, что не наше это дело!

— Я драться не собираюсь с такими красавицами! — заявил Штих.

— Значит, битым будешь! — под общий смех подвела итог Фаннория. — Не боись! Заживёт… до следующих “сестрёнок”!