— У меня болят руки.

— Я не собираюсь развязывать тебя.

— Тогда, если можно, ослабьте узел.

— Нет.

Ей просто необходимо заставить его разговориться. Она сойдет с ума, если не выяснит, что он затевает.

— Это все касается вашего сына, не так ли? Он ткнул в ее сторону сигаретой.

— Я кое-что скажу вам, леди. Рэй-младший был лучшим защитником, который когда-либо играл за «Звезды». Не было никакой причины давить на него, но этот ублюдок затеял свои разборки.

— Тренер Кэйлбоу?

— Он выгнал на улицу моего Рэя. Он даже не дал ему ни единого шанса.

— Это не похоже на Дэна.

Клубы серого дыма окутали голову старика, и он, казалось, совсем не слышал ее.

— Я скажу вам, что я думаю по этому поводу. Этот мерзавец понимал, что Рэй-младший играет лучше, чем играл он сам в свое время. Думаю, он проделал все это из ревности. Пресса сейчас носится с вашим Кэйлбоу, но он — ничто; он слякоть по сравнению с моим Рэем.

Фэб поняла, что этот человек безумен. Возможно, он находится в таком состоянии уже долгое время, а может быть, внезапная смерть сына нанесла ему гибельный удар. Она попыталась скрыть от него свой страх.

— Игроков отчисляют постоянно. Это элемент жизни футбола.

— Вы просто не знаете, на что это похоже! Сегодня вас носят на руках, а завтра никто не помнит вашего имени.

— Вы сокрушаетесь о вашем сыне или о себе?

— Заткнись!

Его глаза выкатились из орбит, а лицо страшно побагровело.

Она боялась рассердить его еще больше и потому замолчала. Он ткнул в нее пальцем.

— Послушай, ты ничего для меня не значишь. Я не хочу причинять тебе вреда, но мне придется сделать это, если меня вынудят. Заруби себе на носу, я хочу во что бы то ни стало вырвать у «Звезд» победу, и потому все средства для меня хороши.

Рон дошел до ведущего к полю тоннеля в тот самый момент, когда игроки вновь побрели на выход. Он боялся того, что должен был сделать. В последнюю неделю Дэн вел себя как разъяренный медведь: его невозможно было усмирить, и сейчас Рон не знал, как он отреагирует на тревожную новость.

Дэн показался из раздевалки, и Рон приноровился к его широким шагам.

— Боюсь, что у нас проблема.

— Уладь ее. Хочу пояснить, если ты не в курсе, что я здесь как бы пытаюсь выиграть ответственнейший футбольный матч.

Рон поднес свой сложенный вчетверо белоснежный платок ко лбу.

— Фэб пропала.

Дэн резко остановился, его лицо побледнело.

— Что это ты тут мелешь?

— Она покинула смотровую ложу во время второй четверти матча и не вернулась обратно. Кто-то нашел ее сумочку в коридоре. Я звонил ей — и домой, и в офис. Я позвонил на пункт «Скорой помощи» и сгонял кой-кого в каждую смотровую ложу. Она исчезла, Дэн, и на сей раз я склонен думать, что кто-то ведет грязную игру.

Рону приходилось наблюдать Дэна в стрессовых ситуациях, но он никогда не видел в его глазах такой откровенной паники.

— Нет! Этого не может быть… Господи! Ты позвонил в полицию?

— Да, но, поскольку с момента исчезновения прошло мало времени, они не восприняли мое заявление серьезно. Я не стал бы тревожиться, Дэн, особенно в середине игры, но мне показалось, что ты, может быть, знаешь еще о каком-нибудь укромном местечке, куда я мог бы заглянуть. У тебя есть какие-нибудь мысли на этот счет? Можешь ты сообразить, где еще она бывает… или вы бываете вместе?

Дэн стоял словно громом пораженный, глаза его были темны, а лицо побелело.

— Нет. — Он схватил руку Рона. — Ты говорил с Молли? Господи! Поговори с Молли! Может быть, Фэб с ней.

Рон никогда не видел Дэна в таком состоянии и понял, что связь между владелицей «Звезд» и главным тренером более глубокая, чем он позволял себе предположить.

— Молли не видела ее с начала матча. Она очень расстроена. Сейчас с ней жена Тулли.

— Если с Фэб что-нибудь случилось…

— Дэн? — Один из тренеров-ассистентов появился в отверстии тоннеля.

Дэн повернулся к нему, жилы на его шее натянулись, словно веревки.

— Оставь меня в покое, черт побери! Рон почти физически ощутил отчаяние Дэна и с небывалой настойчивостью сжал его руку.

— Тебе надо вернуться на поле, Дэн! В данный момент ты ничего не можешь сделать для Фэб. Я дам тебе знать немедленно, как только мы найдем ее.

Дэн посмотрел на него, словно загнанный зверь:

— Только не дай ничему с ней случиться, Рон. Ради Бога, найди ее.

Рону хотелось ободрить его, но он сумел лишь произнести:

— Я сделаю все, что смогу.

Хардести полез в карман за новой пачкой сигарет. К сильной боли в руках Фэб добавилось жжение глаз: она не терпела сигаретного дыма. Затянувшееся молчание вконец расшатало ее нервы, и она решила заговорить: