Засчитан еще один полевой гол. «Сабли» — 27, «Звезды» — 17. Ей надо принять решение. Она может остаться на месте, в надежде, что Хардести отпустит ее в конце игры. Или ей придется рискнуть всем и попытаться завоевать свободу.

На экране появилось нахмуренное лицо Дэна, но она уже знала сама, как поступить. Дэн и «Звезды». «Звезды» и Дэн. Она не отступится от них без борьбы. Ее мысль заработала быстро и четко. У нее есть только один шанс, и ей надо использовать его.

5.07… 5.06… 5.05…

Хардести наклонился к столу, зайдясь в очередном приступе кашля. Фэб расставила ноги пошире и с силой оттолкнулась от пола. Кресло стремительно понеслось вперед, Хардести неуклюже повернулся на скрип роликов. С резким восклицанием он занес над головой огромный кулак, чтобы ударить ее. Она вскинула ноги и вонзила каблуки в его пах.

Он издал жуткий крик и согнулся пополам, повалившись ничком на пол. Она вскочила и, спотыкаясь, добралась до двери. Повернувшись спиной к ручке, Фэб навалилась на нее и вылетела из комнатушки.

Она неуклюже бежала по коридору, продолжая дергать связанными руками. Путы стали как будто свободнее, но ей все еще не удалось освободиться от них. Она услышала стон и оглянулась: Хардести, скривившись от боли и пошатываясь, пытался преследовать ее.

Фэб бросилась к серой металлической двери с надписью «Лестница», спотыкаясь, едва удерживаясь на ногах, мучительно пытаясь сохранить равновесие. И вновь потеряла несколько драгоценных секунд, поворачиваясь спиной, чтобы нажать на дверную ручку. Провод отслаивался от ее рук кольцами, затрудняя процесс. Хардести согнувшись, неумолимо продвигался к ней. — Ты, сука!.. — задыхаясь, кричал он.

Ужас охватил ее, когда он зашарил по своему бедру в поисках револьвера. Дверь наконец подалась и распахнулась. Фэб толкнула себя в проем и закричала, пригибаясь, когда мозаика мелких кафельных плиток взорвалась на стене впереди нее, осыпав ее осколками.

Она сухо, без слез, зарыдала, карабкаясь вверх по лестнице и яростно дергая заведенными за спину руками, которые делали ее движения такими неуклюжими. Она почти достигла площадки, когда правая ее кисть наконец-то освободилась. Фэб избавилась от остальных пут и обмерла, услышав за спиной ужасные шаркающие шаги, звук которых усиливался пустотой лестничного пролета.

— Сука!

Она обернулась и увидела его у подножия лестничного марша. Лицо его было багровым, он задыхался так, словно его душили. Оцепенев, она не сводила глаз с револьвера, направленного прямо на нее.

— Я не… — Он привалился к стене, схватившись за тяжело вздымавшуюся грудь. — Я не собираюсь… позволить тебе…

Револьвер дрогнул, и это освободило ее от страха. Фэб опрометью бросилась в дальний угол лестничной площадки. Еще один выстрел прогремел за ее спиной, поразив бетонную стену. Потом все стихло. Она не стала прислушиваться, чтобы понять — преследует ли он ее, и птицей взлетела к видневшейся наверху двери. Лихорадочно дергая ручку, она услышала внизу задавленный вскрик, который прозвучал почти нечеловечески. Она догадалась, что дверь надо толкнуть от себя, и сделала это как раз в тот момент, когда глухой звук упавшего тяжелого тела эхом отозвался в глухой тишине лестницы.

Фэб выскочила в узкий коридор, отчаянно стараясь сориентироваться. Она услышала крики возбужденной толпы и поняла, что находится в дальнем конце тоннеля, ведущего к полю. Не тратя времени, она побежала на шум, сбрасывая на ходу свою парадную куртку с окровавленными манжетами.

У входа из тоннеля стоял охранник. Он круто развернулся на стук ее каблуков. Она подбежала к нему, и он изумленно раскрыл рот при виде ее взлохмаченных волос, разорванных чулок и кровоточащих запястий.

— Один из ваших лежит на лестнице около раздевалки! — Она задыхалась. — Кажется, у него сердечный приступ. Будьте осторожны. Он сумасшедший, и у него оружие.

Веснушчатый верзила смотрел на нее так, словно она потеряла разум. Губы его шевельнулись, но Фэб не собиралась давать пояснений, она уже мчалась к полю. Охранник, стоящий у турникета, узнал ее и отпрыгнул в сторону.

«Сабли» атаковали. Она посмотрела на табло: 2.58…

А затем она увидела затылок Дэна. Все проблемы, отделявшие ее от него, испарились, и она побежала к скамье. Свободные игроки блокировали ей дорогу, она сердито расталкивала их, словно маленькая собачонка, качающая права в компании догов.

— Пустите меня! Пропустите меня! Один за другим они оборачивались и расступались, с откровенным изумлением глядя на нее.

— Дэн!

Он лихорадочно завертел головой, когда она выкрикивала его имя. Его каменное лицо исказилось гримасой испуга и тут же просветлело, когда она бросилась в его объятия.

— Фэб! Благодарение Богу! Спасибо тебе, Господи! Фэб…

Он снова и снова бормотал ее имя, тесно прижимая растрепанную голову к своей груди.

Никто не мог ничего понять. Свободные игроки широким кольцом окружили свихнувшуюся парочку. В ложе владельцев Рон вскочил на ноги и бросился к двери. Комментаторы сбились в кучу, пытаясь объяснить для себя, почему владелица «Звезд» обнимает тренера, который так хладнокровно вел ее команду к поражению в течение двух четвертей игры.