Маг рванулся вперед, забыв про раненную ногу и нападая с удвоенной яростью. Воин легко отбил его атаки, увернулся от удара локтем и избежал подсечки, тут же переходя из защиты в наступление. Он нарочно бил с той стороны, где мешали двигаться раны, где рука уже с трудом держала меч. Глянув себе под ноги, на окровавленный песок, Маг только сейчас понял, какой опасной на самом деле была царапина на спине, до которой он пока не мог дотянуться.

Он широко махнул мечом, распоров противнику куртку на животе, но так и не добравшись до тела. Этот открытый удар стоил ему укола в грудь. На следующем же вдохе внутри заклокотало, и Маг почти захлебнулся. Он протянул вперед руку в попытке сдавить воину горло — пусть это бы и смотрелось странно на расстоянии, и выдало бы его — но ничего не получилось, будто он был недосягаем для атак магией. Опираясь на меч, Маг медленно опустился на колени.

— Я ведь… — он закашлялся и сплюнул алую пену. — Действительно ее…

— Хватит ныть, вставай и дерись! — прикрикнул воин. — Пару минут ты еще продержишься!

Эльфийка, которая уже много раз пыталась колдовать, но что-то не давало ей сосредоточиться, испуганно отвернулась, уткнувшись в куртку Копейщика.

— Закончи это.

Маг опустил голову, подставляя шею, и воин, подойдя ближе, выбил у него из рук меч. Тот отлетел не далеко, но вне предела досягаемости. Врач размахнулся, и тут в толпе раздался громкий пронзительный крик.

— Хватит!

Копейщик, тут же надавил Эльфийке на макушку, заставляя спрятаться в ногах, а сам смущенно закашлялся, надеясь, что окружающие поверят, будто у такого взрослого парня мог сорваться голос. То, что сделала Эльфийка, считалось невежливым, но не было запрещено правилами.

Воин замешкался всего на минуту, ему показалось, что голос принадлежал совсем другой девушке — но Магу этого хватило. Рукоять сама прыгнула в руки, и он глубоко вонзил меч прямо в грудь открывшегося противника. Тот удивленно глянул на него, наклонился вперед, отчего из-за ворота куртки свесился серебристый кулон — и молча повалился на землю.

Маг устало откинулся на спину, прижимая руку к ране на груди и глядя в звездное ночное небо. Магии в нем было еще достаточно, но физических сил почти не осталось, сознание постоянно пыталось провалиться куда-то в темноту.

— Победитель определен, подготовьте арену для следующего боя!

Копейщик стал быстро выбираться из толпы в сторону вербовщика, Эльфийка поспешила за ним.

— Может, не на… — начала она, но парень тут же на нее пришикнул:

— Молчи, коротышка! Присмотри лучше за ним, чтоб не отключился.

Он кивнул в сторону помощников, выносивших с поля два тела, и Эльфийка кинулась к Магу.

— Первый круг, нулевая ставка против пяти монет! — разнеслось над ареной.

В окружавших его серых сумерках вновь появился знакомый силуэт. Маг протянул руку и в этот раз смог коснуться теплой, гладкой как шелк щеки, мокрой от слез.

— Я буду… Я буду всегда ненавидеть тебя за то, что ты сделал! — воскликнула Целительница, и Маг, вздрогнув, открыл глаза. Он повернулся на бок и попытался сесть, что удалось с некоторым трудом — дышалось уже легко, но тело затекло, ощущалась небольшая слабость. Простыня упала до пояса и, судя по количеству перевязок, бинтов на него ушло немало. Дремавшая у края кровати Эльфийка тут же вскинула голову и радостно подпрыгнула.

— Ты очнулся! — она кинулась к нему и прижалась к спине, обнимая за плечи. — Наконец-то, я так рада…

— Все нормально. Говорил же, что я плохо дерусь.

— Ты отлично бился! — воскликнула Эльфийка и добавила тише, осторожно водя пальцами по его спине: — У тебя уже столько шрамов…

Маг ощутил некоторую неловкость и, оглянувшись по сторонам, заметил скромно прислонившегося к входной двери Копейщика. Поперек переносицы у него красовался свежий рубец, а левое плечо было перемотано.

— С тобой-то что? — поинтересовался Маг.

— А он на арене был, чтобы денег заработать, — просто ответила Эльфийка, наконец отлепляясь от Мага. — Принесу тебе поесть.

Она вышла, оставив их вдвоем.

— Прости, что так задержал вас, — произнес Маг. — Я впервые встретился с защитным амулетом у воина.

Копейщик мотнул головой.

— Мы оба хотели задать тебе один вопрос… — нерешительно начал он.

— Спрашивай уже.

— Зачем ты ее убил?

Маг устало вздохнул. Он хотел бы забыть обо всем этом, но не мог.

— Это вышло случайно, я бы никогда не причинил ей вреда намеренно. Не хочу рассказывать.

— Я услышал все, что хотел, — кивнул Копейщик, выходя из комнаты. — Одевайся, пока коротышка не вернулась.

Копейщик сказал, что напрямик от этой деревни до его дома — чуть больше дня пути, и Маг настоял, чтобы они отправились немедленно. Однако парень не уточнил, что он-то спускался с горы, а им придется на нее карабкаться. Поросший лесом склон, пологий вначале, становился постепенно все круче, но ни Копейщик, ни Эльфийка пока усталости не чувствовали. Маг же стыдился показать, как ему тяжело.